Я смотрела на осенний город и мне казалось, что все эти красивые картинки осени напоминают мне о чем-то очень приятном. Я напрягла память и вспомнила, что именно такими золотыми осенними днями мы отмечали когда-то дни рождения Игоря. Я всегда старалась соорудить для него праздник, а он радовался, как ребенок. Игорь очень ревностно относился к тому, кто первый его поздравил, а кто, не дай Б-г, забыл… Ой, какое сегодня число?! Это ужасно, но его день рождения был вчера, а я забыла!!! Я хоть и не звоню Игорю никогда с тех пор, как он женился, с этим днем все-таки поздравляю, это святое! Можно послать «смс», есть интернет, да и позвонить по этому поводу могу…
Я не знала огорчаться мне или радоваться, но, похоже, я освободилась от этой любовной зависимости, вырвалась из клетки собственной страсти… Пусть я перестала любить Игоря, но обижать его не хотелось в любом случае.
С большой опаской я все-таки набрала его номер телефона …534
– Повинную голову меч не сечет? – спросила я слегка виноватым, но уверенным голосом.
Игорь же, не подтверждая моих опасений, отвечал на редкость спокойно и даже дал понять, что не обижается. Но в его ответе я почувствовала грусть и даже какой-то надлом.
– Что с тобой? – спросила я в порыве нахлынувшей на меня нежности. Я давно не испытывала к этому мужчине подобного чувства.
– Понимаешь, моя жена не захотела забирать сюда ребенка, а я был не против…
– Какого ребенка? – удивилась я.
– Как какого? Неужели я тебе не рассказывал? Они с бывшим мужем удочерили девочку, а потом моя жена их оставила и уехала ко мне. И надо же, такая внезапная болезнь – а ведь он же еще не старый… Конечно, мужчине одному тяжело с ребенком справляться, тем более нездоровому… Девочка же еще маленькая…
– Как зовут девочку? – с замиранием сердца спросила я
– Алиса. Разве ты ничего не знаешь?
– А мужа Максим? – я уже знала, что ответ будет положительный. Как все-таки парадоксален бывает язык! «Положительный» – такое хорошее слово. А ведь иногда оно означает несчастье, крах, беду…
Поспешно завершив разговор, я почувствовала сильнейшее волнение, переходящее в панический страх. «Вот почему, – думала я, – он тогда случайно попал ко мне. Наши с Игорем телефоны были приобретены одновременно, и номера отличались лишь одной цифрой в конце: у него 6, у меня 9. Потом на новом месте работы он получил корпоративный автомобиль, мобильный телефон и соответственно новый номер. Куда подевался старый, я не интересовалась. Без сомненья, он отдал его своей жене. Вот Максим и ошибся, набирая ее номер, на одну цифру». Зачем я так тщательно обдумывала эту мысль, не знаю. Но я вдруг четко осознала, что, цветная сказочная мозаика, окружавшая меня в последнее время, оказалась обычной игрушкой и начала осыпаться…
Я тут же набрала номер Максима, но, как и прежде, никто мне не ответил. Мне показалось, что давление у меня поднялось до трехсот, а температура до сорока. «Наверное, это просто приливы!» – малодушно попыталась я себя успокоить, но запаниковала еще больше и бросалась из угла в угол.
К кому обратиться за помощью? Муж! Он хоть и бывший, но утверждает, что мы с ним друзья. Кто, как ни он, расскажет, как ведет себя мужчина в сложной ситуации, а может и подскажет, что мне делать в таких обстоятельствах?
– Скажи, как бы ты себя повел, если бы узнал, что тяжело болен, возможно даже неизлечимо, – после короткого приветствия обратилась к нему я.
– Я бы попытался дописать докторскую диссертацию!
– Алло! Ты сам-то слышишь, что говоришь? Какая диссертация? Мы с тобой без малого 20 лет живем вдали от нашей прошлой жизни, вдали от всех диссертаций!
– Да. Но это то единственное, что в этой жизни я делал хорошо. Делать деньги и делать дело – это не одно и тоже. Я считаю, что только тот, кто здесь продолжает дело, начатое там, может быть признан состоявшимся как личность. А все остальное – это просто умение обеспечить себя и свою семью. Дурное дело – не хитрое. Отправлять запчасти для машин – это ли большая наука? Знаешь, а может быть я решил бы написать книгу.
– Какую еще книгу? – я была приятно удивлена.
– О нашей жизни, о нашей эмиграции, о моем детстве. Хорошо бы, чтобы наши внуки это почитали, хотя я не уверен, что им это вообще было бы интересно.
– Послушай, – перебила его я, – прости, что не готова сегодня дискутировать с тобой по этому поводу. У меня действительно проблема.
Я вкратце поведала ему то, что меня волновало и почувствовала, что беседа с ним меня немного успокоила.
– Приезжай ко мне, позвонишь от меня, мой телефон не определяется определителем номера, и твой Максим не увидит даже, что звонят из Германии. Посмотрим на его реакцию.
Дома у мужа я не была с тех пор, как он ушел от меня, до этого я там бывала с ним вместе у моей тогдашней приятельницы, которая потом стала его женой. Отказавшись от чая, предложенного ею, я вышла в другую комнату, закрыла за собой дверь, позвонила.
– Слушаю! – когда раздались первые звуки знакомого голоса, я поняла, что не слышала его целую вечность!
