ТЕНОР: Похоже, им часто не хватало друг друга, и они заполняли разлуку бесконечными телефонными разговорами. Секс по телефону — видимо, будущий президент уже тогда пристрастился к этой разновидности запретных удовольствий. И когда Дженифер объявила, что им пора расстаться, он со слезами умолял её хотя бы не порывать телефонную связь.
БАС: Появляться вместе на людях они не могли — что же им оставалось делать? Но, конечно, когда она решила тайно записать на плёнку несколько их разговоров, тут в ней явно проснулась библейская Далила. Предать могучего возлюбленного врагам — есть в этом для многих женщин какой-то манящий импульс.
ТЕНОР: Мне запомнился один эпизод, как бы не совпадающий с привычным образом Билла Клинтона, каким мы привыкли его видеть: уверенным, улыбающимся, благодушным, довольным собой. Помните, это произошло во время очередного свидания в квартирке Дженифер. Они уже легли в постель и были готовы заняться друг другом, когда он внезапно вскочил, отбежал к стене, прижался к ней спиной и начал безудержно рыдать. Она пыталась обнять его, успокоить, расспросить о причине. Он не мог ничего ответить — только дрожал и плакал. Она так и не узнала, что было причиной его смятения.
БАС: Похожий случай был в жизни Льва Толстого. Тоже ночью, во время поездки в город Арзамас, на него напал необъяснимый страх. Он ясно-ясно почувствовал рядом с собой чьё-то присутствие и понял, что это Смерть. Ему ничего не грозило, он был крепок здоровьем, но смерть была совсем рядом — и сердце его болезненно сжималось. Он вспоминал потом это состояние (оно случалось ещё несколько раз) и называл его "ужас Арзамасский". Может быть, Билл Клинтон хранит в подвалах памяти эту ночь как "ужас Арканзасский"?
ТЕНОР: Меня всегда интересовало, знала ли Хилари о шалостях своего мужа на стороне и как она к этому относилась.
БАС: Скорее всего, их отношения к этому моменту наиболее полно описываются понятием "открытый брак". Ходили слухи, что у Хилари был роман с другом семьи, Винсом Фостером, или даже, что она вообще предпочитала женщин, а с мужем в постели была холодна. Но обоих связывала одна общая страсть: политика. Разрыв, развод означал бы крушение политических амбиций для обоих. Поэтому он исключался. А когда у них родилась дочь, Клинтон был на седьмом небе от счастья и бестактно делился своей радостью с Дженифер, которая с горечью и сожалением вспоминала, как в начале их романа избавилась от его ребёнка.
ТЕНОР: Пожалуй, годы его губернаторства в Арканзасе оказались плохой тренировкой для переселения в Вашингтон. Провинция жила по старинке: губернатор был власть и мог позволять себе нарушать многие запреты, даже бравировать этим. Когда Пола Джонс вчинила свой иск о сексуальных домогательствах, дело поначалу попало к судье, назначенному Клинтоном, и тот легко смёл его под ковёр. Другой иск об использовании губернатором казённых средств для оплаты любовных утех с пятью поименованными дамами местная пресса не посмела освещать, и он лежал под сукном вплоть до Вашингтонской бури. Дженифер Флауэрс он устроил на работу в штатный административный аппарат, в обход другой сотрудницы. Та подала жалобу, но и это дело было как-то замято. Телохранители губернатора всё знали о его похождениях, но помалкивали. Можно сказать, что Арканзас избаловал Билла Клинтона своей снисходительностью и он вообразил себя неуязвимым.
БАС: Что сослужило ему плохую службу, когда он попал в Белый дом.
ТЕНОР: Итак, мы переносимся в 1992 год? И оказываемся в изумлённом Вашингтоне, встречающем нового президента, сумевшего победить на выборах самого Джорджа Буша Старшего, только что разгромившего в аравийских пустынях злодея Саддама Хуссейна.
БАС: Победа молодого кандидата, не имевшего ни военного, ни дипломатического опыта, действительно, ошеломила многих. И как тревожно начиналось его правление! В феврале 1993 года — первая попытка взорвать Мировой торговый центр в Нью-Йорке, шесть погибших, тысяча госпитализированных. Апрель — трагедия в Техасском городе Вэйко, гибель восьмидесяти человек при штурме убежища сектантов, уверовавших в самозванного пророка Дэвида Кореша. Июль — самоубийство ближайшего друга семьи Клинтонов, Винса Фостера, последовавшего за ними из тихого Арканзаса в опасный Вашингтон. Октябрь — гибель американских рэнджеров в боях в Сомали. В том же месяце в Москве танки стреляют по новому русскому парламенту, и весь мир в страхе ждёт, не приведёт ли это к возрождению диктатуры и возобновлению холодной войны. В феврале следующего года самолёты НАТО бомбят сербов под Сараево. В апреле — миллион зарубленных в Руанде. И наконец ноябрь — полный разгром демократов на промежуточных выборах, республиканцы завоёвывают большинство в обеих палатах Конгресса.
