— Я больше медведь, — хмыкнул Бьёрн, на мгновенье блеснув глазами. — Но тут ты прав. Я собственно потому к тебе и пришёл. Хочу провести ритуал усиления. Для него жертвы требуются. Двое у меня есть, как раз хватит. Есть ещё третий, но он был слишком опасным, я ему первому голову свернул, пока он не очухался. Ничего, тоже пойдёт, как топливо для ритуала. Мы с ним на турнире в финале сражались. Сильный маг, хорошо выводов не сделал с прошлого поражения. Я его тогда телекинезом задавил, и в этот раз тоже.
— Подружку-то спас? — Фенрир начал доставать тарелки. Налил себе пива, а Бьёрну сок брусники и малины.
— Да, Слава Одину, эти твари не сделали того, что собирались. Она даже испугаться не успела, а я ей ничего не стал говорить. Вдруг решит, что я чудовище.
— Это ты зря. Настоящая женщина вождя, не менее кровожадная, чем он сам. Только хитрее, — Фенрир с удовольствием отхлебнул пива и довольно рыгнул. — Лучше сразу понимать, она твой друг и помощник во всём или золотая тарелка, которую надо прятать, чтобы никто не украл.
— Она из Блэков, — Магнуссон тоже отхлебнул сок из кружки. — Древний род тёмных магов. Таких опасно злить. Просто не хочется её втягивать в мои проблемы. Когда враги узна́ют, что мы встречаемся, обязательно попробуют ко мне через неё подобраться. А я ведь пока не могу оградить её от всего.
— Не мни корове вымя, малыш, — Фенрир взял со стола горсть солёных орехов и аппетитно захрустел. — А врагов убивай без жалости. Тогда твоя женщина будет жить спокойно, подарит тебе славное потомство и уют в доме.
— До этого нам ещё рано, — покраснел Бьёрн, — сначала надо с проблемами разобраться.
— Все мы так говорили, — ухмыльнулся Фенрир. — Когда ты хочешь провести свой ритуал?
— Ночью в час Волка, — Бьёрн стал предельно серьёзен. — Мне нужно, чтобы никто случайно не помешал ритуалу. А проводить думаю поблизости от вас. Возле большого лесного озера, что к северу от поселения.
— Тогда можешь пока отдохнуть на сеновале, — Сивый мотнул головой в сторону сарая. — А в три часа ночи я подойду. Пока доберёмся, пока всё подготовишь для ритуала, как раз час Волка и наступит.
— Хорошо, — встал из-за стола Бьёрн. — Только я на крышу сарая поднимусь. Буду медитировать на луну, надо настроиться. Неприятное дело — жертвоприношения. Даже если это враги.
Ночью Бьёрн мгновенно заметил огромного оборотня, который перескочил забор со стороны поля и в свете полной луны, в прыжке перекинулся в Фенрира.
— Время, малыш, — негромко позвал его Сивый, и Магнуссон просто спланировал с крыши на землю.
— Ничего себе! — удивился Фенрир. — Ни разу не видел, чтобы маги летали сами по себе.
— Это не совсем полёт, — Бьёрн запахнул мантию и накинул капюшон. — Почти паре́ние. Не буду забивать тебе голову магической теорией.
Магнуссон достал из сумки метлу и легко заскользил над землёй, почти не отставая от мчащегося как стрела оборотня. Поселение быстро пропало за спиной, а впереди начала приближаться мрачная громада леса. Серебристая шерсть Фенрира переливалась в лунном свете, Бьёрн не боялся отстать. Даже успел немного полюбоваться на звёздное небо. Оно будто приветствовало его миллионами звериных глаз, и у Бьёрна стало стремительно подниматься настроение. Он уже не жалел, что скоро придётся лишить жизни несостоявшихся насильников. Они враги, а ритуал позволит ему ещё немного прибавить в силе. В конце концов, никто не заставлял французов лезть к Веге. И неизвестно, скольким девушкам они успели испортить жизнь. Уж слишком схема похищения была отработана, чтобы считать, это нападение первым.
Фенрир остался охранять, спрятавшись недалеко в лесу. Бьёрн на берегу озера выжег гексаграмму, нарисовал рунные знаки, запалил по углам костры, а в центре положил расколдованных пленников и тело Дюруа. Затем начал читать литанию, запуская ритуал из родового камня. От него во все стороны хлынула магия, освобождённая из-под скрывающих чар. Аура расправилась и сейчас напоминала огромное чёрное солнце, окружённое слепящими синими молниями.
В нужный момент Бьёрн взмахом палочки отрубил головы обоим насильникам, и огонь костров неистово выметнулся вверх, заполняя начерченную фигуру. В озере отражалось буйство стихии, похожей на Северное сияние. Магнуссон вошёл в пламя, и оно тут же начало впитываться в его тело. Когда Бьёрн замер в центре гексаграммы, пламя окончательно исчезло, погрузив всё озеро и берег в непроглядную тьму. В этой темноте чувствовалась угрожающая пульсация. Давление магии стало ещё больше, Фенрир предусмотрительно отбежал глубже в лес, с трудом сдерживаясь, чтобы не зарычать, настолько страшные силы сейчас бушевали там, у озера. Однако через несколько минут, вся разлитая мощь, как будто полетела куда-то к центру, съёжилась и исчезла в одной точке.
