- Не смыло, отец. – ответила Джулия, - Просто любуемся бурей.
- «…И подули ветры, и устремились на дом тот, и он не упал, потому что основан был на камне» - процитировал Евангелие от Матфея преподобный.
- «Не мир пришёл я принести, - вспомнила другие строки того же евангелиста Джулия, - но меч.»
Говоря, она не сводила глаз с Фальконера. Адам же, взирая на сполохи молний, думал о клочках бумаги, плавающих в придорожной канаве. Да, он встал на путь измены, но это был также путь мира. Путь, который принесёт победу северянам и в конце концов соединит всё, что распалось.
Завтра.
Раскисшая земля исходила паром в лучах утреннего солнца. Наступление должно было начаться ещё два часа назад, и предполагалось, что к этому часу янки уже будут сброшены в болота Уайт-Оук-Суомп, однако на всех трёх дорогах, ведущих с позиций южан к врагу, царили тишь да гладь.
Эти три дороги Джонстон намеревался использовать по плану, чтобы вонзить смертельный трезубец дивизий Хилла, Хьюджера и Лонгстрита в сердце южной группировки северян. Первым по центральной Вильямсбург-Сейдж-роуд должен был выдвинуться Хилл, нанеся удар по засевшим у станции Фейр-Оук янки. Те, по замыслу Джонстона, для отражения атаки начали бы подтягивать соседние части, и в этот-то момент на них с севера налетели бы бойцы Лонгстрита, а с юга – Хьюджера. Хиллу не имело смысла начинать, пока от фланговых дивизий не придёт подтверждение того, что они выступили из лагерей под Ричмондом: Лонгстрит – по тракту Найн-Майл-роуд у Олд-Тэверн, а Хьюджер – по Чарлз-Сити-роуд мимо Уайт-Тэверн.
Только вот незадача, на обеих дорогах не было ни души. Покой оставленных ночным ненастьем луж тревожил лишь ветер. Из-за его порывов (давным-давно рассеявших рассветный туман, на который возлагал столько надежд генерал Джонстон) янки так и не осмелились поднять два воздушных шара с наблюдателями.
Джонстон послал адъютантов искать пропавшие дивизии.
- Отыщите их и выясните, в чём дело! – напутствовал офицеров генерал.
Первым вернулся адъютант, ездивший к Хьюджеру, и доложил, что застал генерала в постели.
- Где? – опешил Джонстон.
- В постели, сэр. Он спал. И весь его штаб тоже.
- В постели?! А приказ? Они, что, не получили приказ?
Адъютант, приятельствовавший с Адамом, замялся, не желая подводить товарища под монастырь.
- Ну? – грозно осведомился Джонстон, - Получали или нет?
- Начальник штаба сказал, что приказа о наступлении они не получали, сэр. – промямлил адъютант, виновато косясь на Адама.
- Чёрт бы их подрал! – выругался Джонстон, - Мортон, вы послали Хьюджеру пакет с приказами?
- Да, сэр. Майор Фальконер отвёз. Вот расписка о получении с подписью Хьюджера.
Джонстон недоумённо воззрился на протянутый листок:
- Что же Хьюджер, проспал, что ли?
- По-видимому, сэр.
Ноздри Джонстона раздувались от ярости.
- Допустим, этот проспал. Лонгстрит где? – прорычал он.
- Ищем, сэр. – доложил Мортон.
Адъютант, посланный на дорогу Найн-Майл-роуд, будто растворился в воздухе вслед за дивизией Лонгстрита.
- Ради всего святого! – взревел Джонстон, - Найдите же мне мою проклятую армию!!!
Если генералу Хьюджеру намеренно подложил свинью Адам Фальконер, то генерал Лонгстрит устроил кавардак по собственной инициативе и легкомыслию. Дорога Найн-Майл-роуд показалась ему слишком залитой водой, и он решил двигаться вперёд по Чарльз-Сити-роуд, для чего повёл свою дивизию к лагерю частей, подчинённых Хьюджеру, которого в тот момент как раз осчастливили приказом выступать на восток по этой самой Чарльстон-Сити-роуд, уже запруженной войсками Лонгстрита.
- Проклятый счетовод. – проворчал Хьюджер и распорядился подать завтрак.
Через полчаса «счетовод» заявился лично.
- Надеюсь, вы не против того, что я воспользовался вашим просёлком, - учтиво спросил он, - Просто на отведённом мне грязи столько, что хоть на лодке плыви.
- Кофе хотите? – предложил Хьюджер.
- Вы чертовски хладнокровны для человека, которому предстоит драка. – восхитился Лонгстрит, глядя на тарелки с ветчиной и сыром, стоящие перед коллегой.
Хьюджер, понятия не имевший, что его марш на восток должен простираться до позиций противника, выказывать неведение перед каким-то «счетоводом» почёл ниже своего достоинства. Тревожась, что пропустил нечто важное, он делано безразлично поинтересовался:
- И что же у вас за приказ?
- Тот же, что у вас, полагаю. Шагать на восток, пока не наткнёмся на янки. Как наткнёмся – атаковать. Хлеб свежий?
- Угощайтесь. – натянуто улыбнулся Хьюджер, дивясь, не сошёл ли мир с ума, - Только мне затруднительно «шагать». Вы же на моей дороге.
