— Нет, не жду, — честно ответила.
«Единственное, что я жду — когда задница заживет! И мне еще ждать и ждать...»
Бык грустно вздохнул.
— А я бы пришел, проведал тебя...
— Не стоит пока... — ответила без задней мысли, накладывая ему щедрую порцию салата. Хотя, нет — именно о задней своей стороне и думала. Не стоит пока приходить, по лестнице подниматься, о боях думать... Всё «не стоит пока».
Э-э-х.
— А когда стоит? — он быстро заинтересовался, глубоко наклоняясь через доску раздачи ко мне.
— Не знаю еще, может через неделю, — вздохнула, продолжая крутить в голове мысль о ранении. Да, наверное, дней семь еще это терпеть.
— Неделю? — Байнар покрутил бровями, что-то прикидывая. — Долго... Но я подожду. Может и раньше получится, а, Берта?
Он от чего-то подмигнул.
— Может и раньше, — согласилась, мечтая, что рана заживет раньше.
Щедро положила ему три кусочка хлеба, вместо стандартных двух.
Бык повеселел.
— Буду считать дни... — как-то особенно произнес он, забирая тарелку и успев тронуть мою ладонь кончиком грубого пальца.
— Да, я тоже, — вздохнула.
Он отошел к дальнему столу к своим, я проводила его взглядом. Какой милый! Будет считать дни, когда я выздоровею. С Байнаром приятно общаться, легко, все понятно, не то что...
Чуть не попятилась, заметив, что ко мне вновь направляется Крис. Что опять?! Похоже, на лице мои чувства отразились, потому что Крис сделал то, что я еще не видела. Он внезапно чуть улыбнулся.
От неожиданности я растерялась.
«Крис?! Улыбнулся?! Мне?!»
— Не бойся, пушинка, — успокаивающе проговорил. — Я с миром.
Пф-ф-ф! Чего?
— Уж тебя не боюсь! — буркнула, негодуя от того, что он вообще посмел такое подумать. И опять это «пушинка». Очень смешно...
Я не испугалась, просто предпочла бы не общаться лишний раз, вот и всё. Страшный нашелся.
— Решил поинтересоваться: как твоя... — он на мгновение помедлил, прежде чем спросить, и с серьезной полуулыбкой добавил — ...рана?
Вопрос меня удивил.
«Как-как. Заживает... Раздражает... Болит!» В общем, я поморщилась, туманно отвечая:
— Ну... так.
И вообще, какая ему разница?!
Крис понимающе кивнул.
— У меня есть змеиные средства, могу поделиться. Поможет быстрее затянуться, — обронил. — И шрама не останется.
Змеиные средства?! Самые лучшие, самые действенные! Говорят, ускоряют заживление втрое, стоят целое состояние! Я обрадовалась, но тут же напряглась. С чего вдруг такая щедрость?
— Почему предлагаешь? Что ты за это хочешь? — насторожилась.
Он поймал недоверие на моем лице.
— Почему? Ты была со мной, когда ранили. Возможно, даже могла быть за мной замужем, — он усмехнулся, а я от души смутилась. — Поэтому твое ранение — и моя ответственность тоже. Считаю правильным предложить тебе посильную помощь. Безвозмездно, — невозмутимо акцентировал он, будто читая вопросы, множащиеся в моей голове. — Если не хочешь принимать, настаивать не буду. Рана неудобная, с ней жить тебе, не мне.
Ого... Чувствует ответственность за меня? Благородно. Хотя и не стоит уж так... Я невольно ощутила уважение и заколебалась.
Змеиные лекарства считались уделом богачей. Сами Змеи, конечно, приторговывали ими, но секрет изготовления не разглашали никому, и в руки не передавали. Лекари занимались больными лично, разъезжая от одного к другому или принимая в кабинетах. Так что такие шикарные лекарства я желала. Очень. Не хотелось бы принимать их от Криса и опять чувствовать, что должна ему. С другой стороны, выздороветь и вернуться в строй хотелось больше. Быстро взвесив все «за» и «против», я прикусила щеку и вынужденно умерила гордость.
— Благодарю... Ты очень щедр. Я... приму, — выговорить это было сложно.
— Только условие — я буду наносить средство сам, — без улыбки сообщил Крис.
У меня мгновенно возникло несколько идей на тему, куда он может отправиться вместе со своей помощью. Высказать их вслух я не успела. Пристально глядя на мое изменившееся лицо, Крис спокойно добавил:
— Ты же понимаешь, что это не прихоть? Змеи не имеют права передавать свои средства другим родам.
«А, точно...»
Я знала, да... Но не подумала, чем это может грозить мне.
«Это получается, что... Если он будет наносить сам, это значит я перед ним... я перед ним... А он будет... Ох».
— .... а даже если бы и мог, ты не сможешь обработать рану сама, — закончил фразу Крис и добавил уже с полуулыбкой. — Хочу отметить, что образование позволяет мне справляться с ранениями умеренной сложности, а у тебя, как я понимаю, совсем простое. Повторю, решай сама, рана твоя. Хотя вижу: тебе страшно, боишься, уже готова передумать.
В бордовых глазах появилось то, что выводило меня из себя: насмешка, выражение собственного превосходства.
«Так и знал, что струсишь», — прямо говорил этот взгляд.
— От чего же... Я согласна! — мгновенно выпалил язык, прежде чем я его прикусила.
Лицо Криса не изменилось, может только глаза блеснули чуть ярче.
— Договор заключен, Берта. Зайду к тебе вечером после дежурс-ства, — он протянул «с» на последнем слове.
Через минуту, как он ушел, я поняла, что лицо просто горит огнем.
