Окажись Астрид внимательней к соседке, прояви она чуткость, и Лола, возможно, излила бы ей душу в темной бессонной ночи.
– Мои эксперименты идут не так гладко, как хотелось бы, – сообщил Франк. – Но появилось новое привходящее обстоятельство: я решил терпеливо сносить неудачи. Вечерами работаю. И ищу новый дом.
Франк смотрел Лоле в глаза и «признавался», что как распоследний эгоист думает о себе, «нет, ну и о тебе тоже, вот потребовал новое служебное жилье, и Иоганн Вайс согласился предоставить нам большой дом в хорошем квартале, более оживленном, чем аллея де Контраван».
Лола промолчала.
Франк добавил, что дело за малым – найти такой дом, но пусть Лола не волнуется: из больницы посетителей выгоняют ровно в 21.00, и остается достаточно времени на поиски. «Для тебя…»
– Не беспокойся, до родов переезда не будет. Организуем все к весне, будешь наслаждаться садом с А. и Б.
– Мне не нравится, когда ты их так называешь!
– Можно звать по именам.
– Нет.
– Почему?
– Они не хотят.
Франк улыбнулся, повторил нараспев: «О-ни-не-хо-тят» – и добавил, что идея ему очень нравится.
– А что они думают о саде?
– Им нравится.
– Не знаю, будут ли немецкие перевозчики надежнее отечественных, но бдительность проявлю. Тебе ничего не придется делать самой.
– Нужно было «ничего не делать» в Париже, тогда «ничего бы не случилось»!
– Всегда что-нибудь идет не по плану, дорогая, – ответил Франк очень нежным, теплым,
Лола успела закрыть глаза в ту секунду, когда почувствовала на себе взгляд мужа. Франк погладил ее живот, спросил, как она себя чувствует.
– Судя по лицу, лучше. Ты очень красивая.
Его рука поползла вниз.
– Нет.
Франк решил не настаивать. Пробормотал, что квартира без нее напоминает необитаемый остров, и он иногда жалеет, что «все это затеял», и, конечно же, осознает, что «несет ответственность за ее ситуацию».
– Я виноват…
Лола попробовала вызвать слезы, но не преуспела. Франк смотрел на ее лицо, переводил взгляд с глаз на губы, подбородок, скулы. Она вдруг поняла, что за всю жизнь у нее было всего два самостоятельных желания.
Лола согласилась стать женой Франка, а потом… потом наступил день 5 июня. В тот день с тем мужчиной Лола не сдерживалась: надела красное платье, спала на траве в парке, рассказывала о себе…
– Скучаешь по мне? – спросил Франк.
Лола поцеловала мужа, но не «воспарила». Дар путешественника был только у Бертрана. Его глаза, его поцелуи, близость с ним уносили Лолу в волшебную страну.
– Нравится мне этот Конрад, – подал голос Франк. – В нем есть что-то такое, от чего проясняются мозги и становится легче на душе.
– Согласна.
– И халат у него всегда застегнут на все пуговицы…
– Спасибо, что «выгрыз» для нас дом.
– Не за что, но не забывай, что придется на время остаться в столь нелюбимой тобой квартире.
Астрид вернулась из душа, перекинулась парой слов с Франком, Лола ушла в туалетную комнату. Нет, не все идет как задумано, жизнь позволяет себе безумства, а
