Наконец, уложив его волосы обратно, я позволила Коннору выйти из машины. Его уверенные и отточенные движения подсказывали, что это только начало издевательств, и, возможно, мне предстояло вытерпеть все то, что пришлось пропустить из-за недельной работы. Андроид, развевая распущенные подолы белой рубашки по ветру, быстро переместился на место водителя. Дождь постепенно нарастал в ливень, но когда Коннор вновь оказался в салоне – оказалось, что вместе с дождем с неба сыпал и снег. Какое странное явление… такое же непостоянное, как и эта вселенная.
Пока я старательно пыталась привести в порядок себя (а имел ли смысл?), Коннор неторопливо разбудил двигатель и направил автомобиль к нашему дому. Я мечтательно следила за его механическими движениями, кусала губы, чтобы ощутить привкус крови. Раны затягивались, но тут же разрывались от новых укусов. Вот что мне по-особенному нравилось в нем. Каждый раз, под тяжестью механического тела, я покорно отдавалась в руки Коннора, даже не задумываясь о собственной безопасности. Ощущение, что твоя жизнь находится в руках близкого будоражит. Пусть Коннор и воспринимал мое соглашение с его решением всегда быть за рулем, как рассудительность. На деле я с замиранием в сердце безмолвно доверяла ему себя без остатка.
Остановив машину перед гаражом, Коннор не стал открывать двери. Он вышел из автомобиля, снова встретив дуновение ветра и, открыв заднюю дверцу, подал руку мне. На его губах играла хитрая улыбка, глаза были прикрыты в обещании продолжения жаркой ночи. Я уже успела нацепить обратно туфли, и теперь позволяла ему вести меня за руку в дом. Это чувство уже было когда-то испытано. Теплые пальцы сжимали ладонь, когда за спиной слышался плеск речной воды и безмолвный крик умирающей на илистом дне катаны. Он вел меня вперед, дальше от смерти и ужасов «Иерихона», и хоть сам пребывал в состоянии транса из-за внезапных изменений в программе – все же не позволял себе отпустить меня. И вот, он снова ведет меня за собой. Но в этот раз не для того, чтобы спасти, а для того, чтобы заставить два тела чувствовать себя центром вселенной.
Дом принял нас прохладным воздухом, что сильно разнился с надушенным пространством автомобильного салона. Я не вспоминала о разбросанных пуговицах по машине, об оставленном синем пиджаке, что послужил подушкой. Даже оставленное нижнее белье не напоминало о себе до следующего утра. На часах было не меньше одиннадцати ночи, когда дверь заперлась на замок, и я, усевшись на спинку дивана, протянутой рукой приманила к себе стоящего в коридоре Коннора. Его нарочито медленный шаг заставлял меня вновь ощущать прилив возбуждения. Секундная стрелка часов в гостиной отзывалась выстрелами в затихшем доме, но в следующее мгновение тикающий звук был поглощен шуршанием спускающейся на пол одежды и очередных женских всхлипов…
Рыжий кадиллак с серыми металлическими полосками по бокам стоял в затемнении между лучами двух фонарных столбов. Водитель в болотного цвета куртке сидел за рулем в ожидании уже несколько часов, но время для него не было важным ресурсом. Гораздо важнее было найти подходящий момент. К сожалению, его не предвиделось.
Черные глаза наблюдали за тем, как паркуется серое Reno у дома лейтенанта. Офицер шел, пошатываясь из стороны в сторону под внимательным взглядом андроида и девушки, обхватывающей себя руками. Она не смело шагала по заснеженной дорожке в черных велюровых туфлях, однако не выдавала ни единого признака дезориентации или обморожения. Скорее всего, несмелые шаги были вызваны обледенением бетонных плит, а обхваченные руками плечи – незнанием, куда именно деть эти самые руки.
Прошел час. Девушка в красном платье и андроид вышли из дома. Она шла босиком, торопилась в другую от машины сторону, однако андроид-детектив увлек ее на заднее сиденье автомобиля. Его схожесть с человеческим организмом была невероятна, механизмы внутри скрывались под идеальным образом мужчины. Выдавал только голубой диод. Пока девианты спешно изымали из своего «организма» отличительный знак, этот андроид самолично выдавал свое происхождение. Глупый дурак.
Время от времени машина покачивалась в стороны, а за задним запотевшим стеклом бликовали тени. Водителю и не требовалось наблюдать за всем этим, чтобы отдавать себе отчет о происходящем внутри. Насколько он знал, данный прототип андроида не обладал нужными для спаривания механизмами, но вдаваться в подробности собственных умозаключений водитель не стал. Он отчитывал каждую минуту их уединения, и, когда был вынужден появлением андроида с голубым диодом остановиться на тридцати трех – приспустил козырек кепки как можно ниже. Высокие вороты зеленой куртки тут же были методично приподняты до нижней челюсти. Ему ни к чему было быть замеченным детективом.
