Кален несколько раз приезжал. Пытался помочь, но Райт всегда говорил ему уйти. Остальные запахи мешали. Да и навряд ли парень мог бы помочь. Он точно не поднял бы те булыжники, которые разгребал Матс.
Примерно через неделю Кален опять приехал. Решил привезти сигарет, воды и еды. Был глубокий вечер и он не сразу увидел Райта.
Он с опущенной головой сидел на одном из камней. Волосы отросшие и растрепанные. На лице щетина. Одежда грязная и порванная. Но больше внимания привлекала рука — ее практически не было.
— Есть новости? — спросил Райт, даже не оборачиваясь к другу. Кален прекрасно понял, о чем спрашивал Матс — о Джае. Ее поисками занималась чуть ли не вся стая, но уже в городе.
— Нет, но говорят, что пропал Джек. Возможно, он ее увез. Только, у Лиама твоей истинной точно нет. Он сам ее ищет.
— Я нашел чьи-то кости.
— Джая? — очень осторожно спросил Кален.
— Нет. Парень. Возможно, это и есть Джек.
— А ты по запаху не можешь точно определить?
— Тут слишком сильно пахнет гарью и… ее кровью.
Кален кивнул. И по костям пока что не определить личность. Не стоит привлекать сюда внимание копов.
— Что у тебя с рукой? Ты хоть можешь ею шевелить?
Райт поднял ладонь и показал другу средний палец. Конечно, если это был он. Кален сомневался.
— Давай я отвезу тебя в больницу. Может, твою руку еще можно спасти.
— Уезжай.
— Матс, я серьезно. Твоя рука выглядит пиздец, как жутко.
Райт поднял голову и, обернувшись, впервые посмотрел на парня. Кален вздрогнул и отступил назад, чуть не поскользнувшись на каменной крошке.
— Уезжай, — повторил альфа, после чего опять отвернулся и опустил голову. — Со мной все хорошо.
Кален хотел возразить. Он не мог оставить друга в таком состоянии, но почему-то сейчас ему казалось, что перед ним не Райт. Это было нечто другое. С иными чертами лица и зрачками, полными пустоты. В них не было души и перед Каленом находился не привычный альфа, а труп.
Мертвецов трогать нельзя.
— Хорошо, — сбито сказал парень, опустив на пол пакет. — Тут вода, еда и сигареты. Еще принес тебе бутылку настойки. Мне кажется, что тебе нужно напиться. Ну, или хотя бы немного выпить. Чуть что, промой настойкой руку. Я сомневаюсь, что это поможет, но не помешает.
Райт так ничего и не сказал и Кален пошел прочь. Чтобы пробраться к выходу, нужно было перелазить через заваленные стены. Уже около улицы Кален увидел пакет с едой, который он привез в прошлый раз. Он так и остался нетронутым и находился на том же месте, на котором парень его оставил.
Мертвецы не едят.
Почему-то Кален все больше и больше был уверен в том, что его друга больше нет и, покидая разрушенное здание, у него возникало острое ощущение, что там на заводе умерла не только Джая, но и Райт.
Матс вернулся в убежище через неделю, но поиски девушки продолжались. Смотря на альфу Кален почему-то понимал — они никогда не закончатся. Альфа будет искать ее вечно, хоть и все осознавали, что искать уже некого. Но этому не возражали. Наоборот, сам Кален поддерживал, ведь, несмотря на то, что поиски больше напоминали больную одержимость, только они и держали Райта.
И, как будто проблем не хватало, возник этот сбор и прошел он ничерта не тихо. Окинув Райта взглядом, Кален пришел к выводу — альфа точно решил умереть.
— Когда будем в убежище, собери всех в холле, — сказал Райт, заводя машину. Его рука, сейчас перемотанная бинтом, опять сильно кровоточила.
Уже будучи в убежище, Кален сделал так, как ему сказал Райт. Не прошло и получаса, как абсолютно все столпились в холле. Казалось, что при таком количестве людей должен был подняться шум, но все стояли тихо. На Райта смотрели с обожанием и терпеливо ждали его слов.
Матс, сидящий на ступеньках, отбросил в сторону окурок и наконец-то сказал:
— Сегодня я переступил через все правила и на меня лег статус отрешенного. Скоро за мной и за всеми, кто считает меня лидером, придут. У вас есть время уйти.
Эти слова ударили по толпе словно цунами и они, захлебываясь им, издали рванный шепот, вихрями пробежавший по холлу.
— Ты… Ты серьезно? Боже, Матс, скажи, что это неудачная шутка, — оторопело сказала Индира.
— Нет, это правда, — Кален качнул головой. — Да и с такими новостями как бы не до веселья.
В холле воцарилась тишина. Был слышен только щелчок зажигалки, когда Райт подкурил новую сигарету. Те секунды, когда он делал первые затяжки, превратились в вечность, во время которой все безмолвно стояли, словно превратившись в статуи.
— Я… Я отрицаю тебя, — послышался первый, неуверенный возглас. Он был полон сумбурных и противоречивых эмоций, вместе с которыми парень, произнесший эти слова, быстрым шагом пошел прочь.
И все. Это стало концом домика, строившегося годами. Он оказался карточным и тут же посыпался, ведь стоило первому воспитаннику стаи уйти, как за ним тут же последовали другие.
— Я отрицаю тебя…
— Я отрицаю тебя, Райт…
Изо всех сторон слышались отрицания и, по мере того, как те, кто жил тут, говорили об обязательном перед уходом, отторжении лидера, холл пустел.
