Ну вот, король, прицепляя утром к поясу свою нелицензированную саблю, преступником себя ни в коем случае не чувствует. А вот холоп, то есть, простите, подданный, или т.н. «гражданин», прицепляющий к поясу нелицензированную саблю, чувствует себя именно преступником, хотя делает, в принципе, то же самое, что делает другой двуногий в этой же самой юрисдикции – король (напомню, что король носит свою саблю не только в пределах своего суверенного дворца, но и за пределами этого дворца).
И у того и у другого две ноги, две руки, два уха, два глаза, один нос, один, простите, детородный орган, ну, в общем всё одинаково. Даже возраст одинаковый. Но один чувствует себя преступником, прицепляя к поясу нелицензированную саблю, а другой – не чувствует.
Причём можете даже не сомневаться, что у короля, помимо сабли, есть ещё и пистолет – ну, там Маузер какой-нибудь, инкрустированный золотом и перламутром, или ещё что-нибудь в этом роде. И на этот пистолет у него тоже нет никакой лицензии от ментов.
Но монарх совершенно не чувствует себя преступником от того, что обладает незарегистрированным стволом, не имея ни права на хранение, ни тем более права на ношение оного. Точнее, право-то он как раз имеет, он не имеет лицензии от мента. Любой человек рождён для того, чтобы обладать всеми правами человека – в том числе и правом носить саблю и пистолет безо всякого ментовского лицензирования. Просто король осознаёт, что он имеет такое право, а вот т.н. «гражданин» – не осознаёт.
Последнему кажется, что правом на ношение сабли и пистолета он будет обладать только тогда, когда это право (а точнее не «право», а «привилегию» в этом случае) предоставит ему его истинный хозяин – мент. А вот первому кажется, что такое право ему предоставил его истинный Хозяин – Господь Бог, причём предоставил раз и навсегда – на веки вечные, и поэтому на мента ему плевать с высокой колокольни.
Точно так же и блатной, когда кладёт в карман свою финку или наган, преступником себя ни в коем случае не чувствует. Он прав. Он равен королю – он точно такой же вольный человек, как и король (не зря же воры делают ни что иное как «
И чеченец, затыкая за пояс свой неизменный кинжал, тоже не чувствует себя преступником. И вовсе не потому, что мент пошёл на попятную и милостиво разрешил некоторым горцам ношение холодного оружия в «местностях, где оное представляет собой принадлежность национального костюма». Чеченец и в городе-герое Москве не может ходить без ножа за пазухой, потому, что это
А вот в то же самое время, в том же самом городе-герое, коренной горожанин, на дореволюционном языке «мещанин» или «природный обыватель», т.е. добропорядочный подданный государства Российского, чувствует себя самым натуральным преступником, кладя в карман обычный перочинный нож с длиной лезвия более чем дозволено ментом. И прямо этот же самый холоп враз перестанет чувствовать себя преступником, если ему милостиво впишут кортик в удостоверение личности офицера или охотничьей нож – в охотничий билет.
Улавливаете мою мысль? Одно и то же деяние представляется правомерным и преступным не только в зависимости от записи в какой-то бумажке, но даже и просто в зависимости от менталитета. Вольному человеку кажется одно, холопу – другое.
Я это всё к тому, что всё относительно. Деяние может являться преступлением в глазах одного, но не являться таковым в глазах другого. Всё зависит от позиции наблюдателя. Где именно он стоит, признаёт ли он право т.н. «законодателей» устанавливать те или иные «законы» или не признаёт, а так же от того, признаёт ли он самого себя субъектом какой-либо провозглашённой юрисдикции или не признаёт.
Так, думаю, что с методологией мы определились. Теперь можно переходить к основной части вопроса – так что именно, вы хотите спросить по поводу взаимосвязи терроризма, криминала (он же «преступность» на нашем родном наречии) и спецслужб?
