Вот, допустим, осенившая вас в ранней юности догадка, нашедшая со временем свое закономерное подтверждение благодаря вашей недюжинной наблюдательности либо вследствие овладения вами комплексом соответствующих научных знаний, — так вот, догадка о том, что человек — смертен. Она же не испортила вам жизнь? Не испортила! А ведь могла? Запросто! Ну в самом деле, вы со свойственной вам пытливостью постигли тайну закона недолговечности всего живого. Ну что ж, честь вам и хвала за это. Но от того, что вы умрете с почестями дотошного натуралиста, — вам же легче не становится! Не помогают даже откровенные разговоры с самим собой. Ну, допустим: «На основе накопленного мною опыта и знаний я уже почти теоретически усвоил, что человек — увы! — не вечен. Это неприятно. Но что самое неприятное — вот уж никак не ожидал такой подлянки! — оказывается, даже Я смертен!! Это уже просто нонсенс. Это вообще в голове не укладывается. Конечно, по мере накопления знаний я уже начал догадываться, что здесь что-то неладно, что как-то не сходятся концы с концами. Но чтобы настолько!.. И мысли, и плоть, а может быть, и душа… Как же дальше жить с таким неимоверным грузом познаний?» И тем не менее, вы живете. А почему? А потому, что закон — объективен, а вот следствия — субъективны! И каждый из нас этим успешно пользуется, правда, каждый по-своему. Можно до конца дней своих отравить себе жизнь этим подавляющим волю знанием, которое, повторяю, само по себе нейтрально, а можно им умело распорядиться, — всё зависит от вас. Одни — кто попроще, догадавшись, что не знание неминуемого конца отравляет им жизнь, а неотступные мысли о нем, — гонят их прочь и худо-бедно справляются со своей напастью. Другие, как граф Л. Н. Толстой, вознамерившийся было наложить на себя руки ввиду постигшего его внезапно осознания бессмысленности жизни из-за ее неизбежного предела, — по молодости лет и еще довольно долго потом, в связи с чрезвычайной литературной занятостью, эта мудреная мысль его как-то не посещала, — мучительно ищут и находят более сложные, а потому более надежные и универсальные следствия из непреложного закона конечного существования человека как личности, пользуясь которыми они прокладывают нетрадиционные пути к Богу и проникаются внецерковной верой в жизнь.
Обобщая бисером рассыпанные обрывки мыслей, хочу еще раз подчеркнуть и одновременно вас успокоить: само по себе знание бесперспективности нашего будущего не несет в себе ничего страшного, точно так же, как и знание того, что человек смертен. Всё дело в том — что из этого следует. А следует из этого вот что: если каждый из нас нашел для себя противоядие от кажущейся бессмысленности жизни по причине ее недолговечности — кто в вере, кто в чем другом, то против бесперспективности нашего общего будущего и искать-то ничего не надо, потому что оно нас просто не волнует. Точнее сказать, волнует, но не настолько, чтобы ломать из-за этого привычный распорядок дня, отлаженный образ жизни, отказываться от никогда неутихающего, а потому всегда злободневного противоборства с государственным и местным чиновничеством, схватка с которым требует от нас полной самоотдачи и громадного напряжения всех духовных и физических сил. Поэтому в нашей с вами жизни ничего не изменится. Как выращивали у себя на дачных грядках укроп с картошкой, так и будем выращивать, несмотря на происки колорадского жука, паршивые погодные условия и обещания каждого нового правительства обеспечить бурный рост сельского хозяйства; как колесили на «Жигулях» по ухабистым дорогам России, так и будем колесить, молча проклиная политику протекционизма отечественному автопроизводителю и чванство международных чиновников, в упор нежелающих видеть нас в своей Всемирной торговой организации; как ездили по обмену демократическим опытом в Северную Корею, так и будем ездить. Хотя не исключено, что вскоре Северная Корея переметнется к Южной. Ну ничего, у нас и без Северной Кореи будет с кем делиться опытом. Слава богу, есть еще Куба, Ирак, Ливия, Белоруссия… Как отключали в летний сезон на месяц горячую воду, так и будут отключать. Но разве могут эти мелкие неурядицы поколебать нашу веру в сложившийся порядок мироустройства! Прелесть нашей жизни как раз в том и состоит, что длительную полосу невезения рано или поздно сменяют лучезарные мгновения счастья. А много ли нам для этого надо? И если нам хотя бы на день раньше положенного срока подключат горячую воду, то считай — день этот прожит не зря. Единственное, что может омрачить такой светлый и радостный праздник, наполненный чувством высшего удовлетворения, так это закрадывающиеся в душу сомнения: «А навсегда ли? Не было ли это пробной топкой?»