Каждая чешуйка на его шкуре полыхала зеленым, гребень раскалился добела, кончик хвоста уже знакомо чадил. Пользуясь артефактом, поглощающим магию, тварь продолжала упрямо переставлять лапы и бодать упрямой башкой невидимую преграду.
Стены стонали от натиска магии. Легкие отказывались глотать раскаленный воздух с выжженным кислородом. Страх и паника сковали головы большинства, заставив беспомощно метаться, падать и ползти.
Взрыв длился, и длился, и длился… И казалось, ему не будет конца.
— Кейт!
Кто-то схватил меня за плечо и дернул, разворачивая к себе. Я успела заметить напряженный профиль Данте Праймуса, золотую маску. Почувствовала стальную хватку рук на своей талии. И даже чутка взбесилась от его вторжения в мое личное пространство, как это самое, которое пространство, решило, что с него хватит. Мол, ребят, я все понимаю, но и вы меня поймите. Сколько ж можно куковать без отпуска. Я тоже не железное и способно задолбаться, поэтому все, живите — не тужите, а я — сваливаю!
И все перестало существовать.
— Закрой глаза! — крикнул Данте, прежде чем мы провалились во тьму.
На третьем курсе нас учили десантироваться на вражеские укрепления.
Ну как учили…
Давали практику.
Воздушники поднимали по одному атакующему и швыряли в сторону стены. Мной промахнулись трижды, прежде чем воздушница поняла, что делает что-то не то. Можно сказать, мне даже повезло. Другим требовалось в десять раз больше попыток и мотивация злых магов, ставших «пушечным мясом».
Это погружение в ничто напоминало ту отработку с воздушниками.
Ощущение беспомощности орет благим матом, сердце проваливается в воздушные ямы, а мозг лихорадочно пытается уверовать, в смысле пытает память на предмет молитв и воззваний, оберегающих от падения на что — то острое.
То ли мне повезло, то ли молитва таки нашлась, но из тьмы мы выпали на каменный пол коридора. Причем я оказалась в самой выигрышной позиции — верхом на бледном Данте Праймусе.
С диким восторгом инерция протащила наш ладный тандем некромант-неопалимая еще пару метров и успокоилась, только когда мы задели напольную вазу. Ваза поприветствовала нас дружественным «бздынь» и рассыпалась в бурных овациях черепков.
Я подняла голову, грозно осмотрела темный коридор, не менее грозно чихнула и скатилась с чужого мужчины.
— Господин некромант, просыпайтесь! — позвала елейным голоском и так ласково-ласково дала пару пощечину идейному врагу.
Враг отказался покидать гостеприимные объятья глубокой отключки. Пришлось со вздохом подниматься и, шатаясь, идти за помощью. В конце концов, это только в сказках все спасают прекрасных принцесс. Увы, но суровая действительность выступает за обратное. А потому стиснуть зубы, зажать хныкающий от боли бок и двигаться.
Движение — жизнь!
Если ты, конечно, не топаешь в пасть чудовища…
Но и тогда на помощь могут прийти некроманты!
— Тьфу, ты, кажется, подцепила от Решки недуг оптимизма, — вслух вознегодовал я и вздрогнула.
Чужое присутствие оказалось таким мощным, словно некто невидимый потыкал между лопаток черенком метлы. Я резко развернулась и встретилась взглядом с… КОЗЛОМ!
— Ме-е-е! — заявило рогатое недоразумение противным голосочком.
Шерсть на боках парнокопытного отливала голубым, на рогах красовались черные кожаные чехлы с фиолетовыми кисточками, а длинную бородку выкрасили в мерзко-розовый цвет. На шее бодучей твари виднелся шипастый ошейник, одетый явно не для красоты и эстетики.
Пока я офигевала, козел возомнил себя не иначе как диким быком. Он опустил дурную голову, поймал в прицел рогов меня и пару раз выразительно поскреб передним копытом камень.
— Фу! — крикнула я, пытаясь урезонить животное.
Не самая подходящая команда, согласна.
Но что поделать, если раньше я не имела дел с самоуверенными козлами (за исключением профессора по высшей математике, которому сдала предмет только с пятой попытки и при заступничестве ректора, да, пожалуй, Бендера).
Судя по расширившимся прямоугольникам глаз, я только взбесила оппонента ещё сильнее.
— Ме-е-е! — в дикой ярости заорало это недоразумение с рожками и кинулось вперед.
Я заметалась из стороны в сторону, пытаясь определиться с направлением побега от бешеной зверюги. Рогатый проследил за метаниями боевого мага и боднул наугад.
— Ах ты, козлина! — возмущенно сверкнула глазами, потирая зад.
— Ме-е-е! — издал победный вопль эксцентричный козлорогий, отскакивая в сторону и готовясь к повторному удару.
Припугнув вредную животинку огненным всполохом, я развернулась.
Впереди маячили высокие двери, укрепленные листами железа и с высокой примесью охранной магии. Такие обычно ставят в покоях королей, в хранилищах банкиров и в домах проворовавшихся чиновников. Короче, всех тех, кому есть что терять.
Представляя, что это зад голубого козла с розовой бородкой, от души пнула ногой двухстворчатые двери, влетела внутрь и забаррикадировалась.
БАМ! — с лозунгом «знай наших» козлик боднул обитые металлом створки, мекнул что-то ехидное и, гордо цокая, отошел для разбега.
— Вот ведь упрямец, — восхитилась-посетовала я и огляделась.
