- Нейти! – подал голос, беззаботно замерший у самой двери Уолкер, просто следящий за вдруг накалившейся обстановкой среди родных между собой людей. – Твои родители здесь не для того, чтобы контролировать тебя или воспитывать! Но ты могла бы, и прислушаться к ним! – его тон выводил, натянувшую одеяло по самый подбородок, и устало, а может и виновато отводящую ото всех глаза, девушку.
- Мы скучали по тебе, малышка, – Розалия присела на край кровати и протянула руку к Нейти, резко отшатнувшейся от ласки матери, желающей провести по ее волосам ладонью. – Денни, обещал, что найдет тебя! И он сделал это. Мы так благодарны ему, – женщина посмотрела на улыбающегося и довольного собой майора.
- Как вы оказались здесь? – у девушки до сих пор в голове не укладывалось появление живых родителей, с гибелью которых она смирилась уже так давно. Нет, она действительно была счастлива их видеть, но было одно «но»… Они всегда были на стороне Уолкера. Для них он был словно еще одним ребенком в семье, и почему-то они прислушивались к нему чаще, чем к собственной дочери. И сейчас, выглядеть в их глазах последней шлюхой спящей одновременно с двумя мужиками, а именно такой ее уже, наверное, представил Денни, она не хотела. Видеть укор и ощущать его каждой клеточкой кожи, было бы слишком больно и тяжело. Угрюмый взгляд много повидавшего за свою жизнь отца и грустный ничего не знавшей кроме своей семьи матери, привел бы ее в панику и понимание собственной никчемности.
- Денни спас нас в день, когда все началось, и привез сюда. Здесь мы и живем эти два года. В полной безопасности, но в волнении за твою жизнь. Правда твой жених обычно выполняет свои обещания и ты с нами теперь! – слезы обрадованной матери, неловко целующий в торчащую из-под одеяло макушку папа, и Нейти не смогла сдержаться, глупо разрыдалась. Она не привыкла к такой ласке с их стороны, не привыкла быть центром их внимания. За столько лет она отвыкла от их близости, расслабилась, позволяя себе открыться другим людям и обрести покой, пусть даже и потеряв их навсегда. Но теперь они рядом и снова каждый глоток воздуха только с их разрешения, а каждое движение под их присмотром. Обреченность давила на нее сверху, уничтожая своей силой. Вытирая тыльной стороной ладони, предательские слезы, она пыталась взять себя в руки и перестать позориться перед осуждающими взглядами родителей.
Двое мужчин, которые до сих пор занимали ее мысли, только они могли бы спасти ее из этого плена излишней заботы и упреков, но их больше нет. Они мертвы, а значит, ей неизбежно придется продолжать жить окруженной лживым Уолкером, и во всем поддакивающими ему родителями. Не удалось ей вырваться из-под их опеки надолго и провести собственную жизнь, так как она хотела.
- А ты долго собираешься валяться в постели? – Джонатан, серьезно всмотрелся в лицо дочери, ища в нем ответы на незаданные им вопросы. Почему, она лежит, хотя следов болезни по ней незаметно? Почему, она дергается от любого прикосновения? Почему, она прячет свой затравленный взгляд?
- Нет! – дерзко рявкнула девушка, вновь не успев подумать над вырвавшимися словами. – Как получится, пап.
- Хорошо, – Роза кивнула и постаралась как можно милее улыбнуться дрожащей под теплым одеялом дочери. Она, в отличие от мужа, замечала изменившиеся в ней детали. Девушка стала упрямее, задиристее и знала, что ответить на сыпавшиеся на нее упреки. Но она замечала и что-то другое, потерю в глазах своего ребенка, ее печаль и горечь, которую не могли скрыть не сочащаяся на поверхности злоба, ни явная грубость, слетающая с ее уст.
- Думаю, на данный момент, посещение лучше закончить, – Денни твердо похлопал по плечу кивающего Джона и подал руку, тяжело поднимающейся с кровати, Розе. – Вы все равно увидитесь через несколько часов на праздничном ужине, назначенном в честь подтверждения нашей с Нейти помолвки. К этому моменту я поставлю ее на ноги. Обещаю! – кривая ухмылка на лице, предназначенная девушке сжимающей под одеялом кулаки, должна была вновь вывести ее из равновесия. И у него это получилось. Накрываясь с головой, она спряталась ото всех и, подтянув колени к груди, мелко дрожа, тихо заплакала.
Денни выставил за дверь, не особо упирающихся родителей и весело запрыгнув на кровать, прижал к себе, все еще трясущуюся девушку. Он победил. Теперь она полностью в его власти. Он доказал ей, что только он готов ради нее на все.
- Малышка, – его вкрадчивый нежный шепот, доходящий до каждого закоулка души, пугал ее. – Я же говорил, все будет хорошо. Ты должна справиться! У тебя получится! Я знаю, тяжело терять кого-то кто дорог, – эти слова дались ему с таким трудом, что он даже сам не сразу понял, что сказал это. – Но теперь у тебя есть те люди, ради которых ты должна продолжать жить. И я! – нервно хохотнул мужчина, стискивая ее в объятиях.
- Блин, ну, и куда дальше? – нехотя спрыгивая с заглохшего мотоцикла, проворчал Мартинез, насупившись. Хмуриться обычно было не его задачей, но он не мог сдержаться.
