— Легионеры не могут выйти далеко за город, а точнее — покинуть зону покрытия глушилки. Иначе сработают датчики со взрывчаткой, установленной глубоко в их непробиваемых черепах. Так Гудвин обеспечивает их покорность и предупреждает побег. Он заключил договор с одной из местных банд, некогда орудовавшей на окраинах. Они живут за пределами города, ловят беглецов, приносят головы и получают за каждую награду в виде фишек, наземной техники, топлива, оружия, наркотиков и прочих ништяков.
— За городом беглецов ждут не только мины и охотники, — заметил я.
— Да, — сразу согласился Топор. — Ещё есть кольцо с хищными грабоидами и ров с пителфильскими пираньями. А за ними простираются сотни километров бесплодной пустоши. Поговаривают, этих инопланетных тварей завезли сюда по приказу Гудвина и подкармливают погибшими жителями города. Именно для этого Стервятники ежедневно собирают с улиц трупы. Нормальных похорон здесь никто не видел уже очень давно. Своих мы кремируем, чтобы тела не достались этим ублюдкам.
— Могу подтвердить. Своими глазами видел, как грузовой дрон скидывает трупы в канаву, где их обгладывают рыбы.
— Так вы реально прошли весь путь до города пешком через пустоши? — в голосе Билли прозвучало искреннее удивление.
— Большую часть проехали на монорельсе, но и пешком прогуляться пришлось немало. А как ты здесь оказался, Билли? Или это секрет?
— Да ничего секретного, — усмехнулся Топор. — Я тебе вроде говорил, что служил в ЧВК корпорации. Был там у нас один подпол, редкостный мудак, до любой мелочи доёбывался, всех младших офицеров успел достать. В общем, как-то схлестнулись мы с ним в очередной раз, не помню даже, из-за чего именно. Дело дошло до драки, и я немного не рассчитал силы. Короче, он не выжил, а меня отдали под трибунал. Приговорили к казни, а затем предложили альтернативу — подписать контракт и отправиться сюда. Правда, они скрыли от меня истинное положение дел в Содружестве. Обещали проживание в закрытой колонии со всеми условиями для достойной жизни и работой в шахтах. Вроде как куда лучшие, чем смерть или отсидка в тюрьме строгого режима. Практически полная свобода в рамках большого и дружного поселения. Суки! Все сюда попадают именно так. Вы первые, кто проник в эту дыру добровольно, насколько знаю.
— А что случилось потом? — с искренним интересом спросил я. — Как ты стал… тем, кем стал?
— Около трёх месяцев горбатился в шахтах по шестнадцать часов, абсолютно без выходных. Платили талонами питания, но таким количеством, чтобы только с голоду не сдохнуть. Особо там не держат, потому как желающих много — куда больше, чем вакансий. Сбежать удалось без проблем, но с выбором работы здесь негусто. Самые козырные места в ЦВП, но туда попасть без связей нереально. Бродяжничал несколько дней, а потом примкнул к уличной банде. Нас тогда было всего около тридцати полуголодных оборванцев, а на улицах нашу шайку презрительно звали Мышами. Промышляли мелкими делишками, кражами в основном. Наш лидер по прозвищу Бумер был мужик неплохой, душевный, добычу всегда делил справедливо. Но трусоват, лишнего риска избегал, предпочитал договариваться, засылал более крупной банде долю, потому уважения на улицах не имел. А уважение в этом месте означает практически всё.
Билли вдруг замолчал, допил самогон, затем поднялся, подошёл к бару, снова наполнил бокал и продолжил, возвращаясь на своё место:
— Мотался я с ними почти год, пока однажды после возвращения с дела мы не нашли Бумера и ещё нескольких ребят в подвале нашего логова забитыми до смерти. Их убили члены банды Черепа, а заодно вынесли все наши припасы. Причём они этого даже не скрывали, по всему городу раструбили. В ту же ночь мы пришли к ним в гости. Они к тому моменту почти все напились. Праздновали победу, сучьи твари. В общем, перерезать их не составило большого труда. Порешили всех вместе с Черепом. И нашли у них партию огнестрельного оружия. Видимо, Череп её на продажу готовил. Так как ребятами во время рейда руководил я и всё прошло более чем удачно, меня тут же избрали новым лидером. И вот спустя семь лет я здесь, пью с тобой самогон и рассказываю за жизнь. А Мышами нас больше не называют, ибо боятся. Пути Великой Пустоты неисповедимы, да?
— Это верно, — кивнул я. — Семь лет назад я рассекал галактику на военном звездолёте со своей боевой группой и под смехуёчки крошил пиратов и террористов, получая за это звания, награды, почёт, путёвки на элитный курорт. Веселились от души, будто завтра никогда не настанет. А потом тоже замарал свои руки глупым убийством и едва избежал казни. Так что наши с тобой судьбы в чём-то похожи, Билли.
— Особенно в том, что оба в итоге оказались в этом шикарном месте, — осклабился Топор.
— А вот это как раз…
