— Самоуверенность, сука, подвела, — иронично ответила на мой риторический вопрос материализовавшаяся рядом Бестия. — Мы же, блядь, лучшие, работаем без проёбов. Но теперь уж поздно скулить, как побитые собаки. Идём, ковбой. Наша миссия только началась.
Мы брели по тёмным бескрайним пустошам вдоль антигравитационных путей семьдесят семь изнурительных часов — абсолютно без сна, еды, воды и почти без отдыха. При этом приходилось постоянно преодолевать каменистые холмы, подъём на которые отнимал дополнительные силы. В первые сутки броня охраны вводила в наши тела восстанавливающие препараты, после которых становилось ненадолго лучше, но уже вскоре их запас полностью иссяк.
Мимо нас трижды пролетел маглев в сторону Сектора Тьмы и четыре раза — в обратном направлении. В небе шесть раз появлялись вражеские беспилотники.
Поскольку укрыться было негде, Фурия каждый раз создавала вокруг нас поле слияния с окружением. Мы старались держаться как можно ближе друг к другу, чтобы в случае опасности мгновенно сгруппироваться.
За всё время пути нам не повстречалось ни одного живого существа: ни людей, ни животных, ни птиц, ни даже насекомых. Мы не видели ни водоёмов, ни растений. Вокруг нас не было вообще ничего, кроме голого, холодного камня и вездесущей пыли. К тому же искусственное солнце в этой части планеты, по всей видимости, никогда не всходило. Если бы не режим ночного зрения в линзах ПКНК, нам бы пришлось блуждать в кромешной тьме.
Единственное, что хоть немного радовало, — это погода. Температура постоянно держалась на отметке +20 градусов Цельсия, и стоял почти полный штиль.
Однако в наших истощённых телах копилась смертельная усталость, которая постепенно сковывала мышцы. Желудки сжимались от голода, но сильнее всего мучила жажда. Во рту пересохло так, что опухший язык прилипал к нёбу и едва шевелился, голова кружилась и ныла, а руки начинали трястись от слабости. Передвигать нещадно саднившие ноги становилось всё тяжелее с каждым шагом.
Впереди показалась очередная возвышенность. У меня возникло чувство, что подъём на неё мог отнять у нас последние силы.
— Привал, — пересохшими губами прохрипел я. — Десять минут отдохнём и снова в путь.
С этими словами я обессиленно рухнул на колени прямо на месте. Моему примеру сразу последовала вся группа. Я всех медленно оглядел: их измученные, вспотевшие лица покрывала пыль, а глаза покраснели.
— Ноги отваливаются, — уставшим голосом пожаловалась Бестия, скорчив рожицу. — Это всё твоя вина, упырь.
— Уверен, за тем холмом что-то есть, — сказал я, попытавшись придать голосу бодрости. — Чую, мы уже близко.
— Ты так говорил в прошлый раз. И позапрошлый. И до этого. Никогда не думала, что сдохну от жажды и голода. Я бы тебя придушила, если бы на это остались хоть какие-то силы.
— Мы справимся, солнце, как всегда, — не вполне уверенно возразил я, а затем едва слышно добавил: — Эх, надо было того дохлого солдатика взять с собой.
— Во-первых, я тебе велела больше так меня не называть! А во-вторых, фу, блядь! Неужели ты оголодал настолько, что готов жрать человечину?!
— Я где-то читал, что человек на вкус похож на свинину.
— Заткнись!
— Посмотрим, как ты запоёшь ещё часов через сорок, — горько усмехнулся я.
— К этому моменту мы, вероятно, уже все умрём от обезвоживания, — обречённо заметила Фурия.
— На крайний случай можно начать пить мочу, — пробормотал я.
— Упырь, ты, сука, решил напоследок вывести меня из себя?! — проворчала демоница. — Я не собираюсь хлебать ничью мочу!
— Предпочтёшь сдохнуть на этих камнях?
— Один хер у меня с прошлого привала ничё в организме не осталось.
— Да, у меня тоже, — согласился я.
— Может, поспим хотя бы пару часов? — предложил Сварог, развалившись на камне во весь свой могучий рост.
— Нет, спать нельзя, — возразил я. — Идём, пока можем, или не найдём хоть какое-то укрытие. Если не будем осторожны, нас могут засечь с воздуха.
— Будем спать по очереди.
— Отдохнём чутка, поднимемся на холм и тогда решим.
Все замолчали. Я откинулся назад, подложил руки под голову и прилагал все силы, чтобы не закрывать надолго глаза из страха невольно провалиться в сон.
— А вы когда-нибудь пробовали натуральное мясо? — вдруг подала голос демоница через пару минут.
— Мы с Лилит как-то посещали вечеринку богатых снобов, — ответил я. — Там подавали стейки из натуральной говядины. Помнишь, Фурия?
— Ага, — отозвалась биоробот. — Мясо с подпольных скотобоен. Мерзость.
— И как оно? — спросила Бестия. — Вкусно?
— По мне так мясо как мясо, — сказал я, чуть не поперхнувшись откуда-то появившейся в пересохшем рту слюной. — Пожалуй, даже не такое сочное, как обычное культивированное. Но я бы сейчас и от такого не отказался.
— Я бы сейчас от любого не отказалась.
— Даже от человечинки? — вновь усмехнулся я.
— Иди на хер, упырь, — Бестия легонько пнула меня по ботинку. — А вообще знаешь чё? Ты у нас командир, значит, ответственность за этот распиздец полностью лежит на тебе. Так что, когда придёт время кого-то сожрать, ты будешь первым на очереди. Смекаешь?
— Что, даже жребий бросать не будем?
