Вещь Марио начинается без титров – только квазилинотипный текст, цитата из второй инаугурационной речи президента Джентла: «Пусть каждая страна, к какой мы не брезгуем обратиться, знает, что новое поколение американцев, готовых к приходу нового тысячелетия, выжгло наше прошлое» [110], грубо наложенный на фотопортрет персонажа, которого поистине невозможно перепутать. Это проецируется лицо Джонни Джентла, Славного Крунера. Это Джонни Джентл, урожденный Джойнером, ресторанный певец, ставший секс-символом молодежи, ставшим столпом фильмов категории Б, два долгих десятилетия известный под пренебрежительным прозвищем «Самый чистый человек в индустрии развлечений» (он чистюля мирового класса, в духе покойного Говарда Хьюза, в самом жестком духе, в духе людей с парализующим страхом перед воздушно-капельными инфекциями, в духе «либо-хирургическая-микрофильтрационная-маска, – либо-пусть-все-вокруг-носят-хирургические-шапочки-и-фильтрационные-маски, – и-браться-за-ручкидверей-только-с-прокипяченным-платком, – и-принимать-четырнадцатьдушей-в-день, – только-это-вообще-то-не-совсем-души, – а-такие-кабинки-с-гипоспектральным-облучением-от-«Дермалатрикс», которое-в-одну-ослепляющую-вспышку-сжигает-внешний-слой-кожи-и-ты-становишься-гладенький-и-стерильный-как-попка-младенца, – как-только, – понятно, – смахнешь-эпидермальный-пепел-прокипяченным-платком), затем ставшим промоутером в стерильном парике и большой шишкой в профсоюзах индустрии развлечений, вегасовский агент шлягеров и глава одиозной Гильдии бархатноголосых вокалистов – загорелого и побрякивающего золотыми цепочками профсоюза, который несет ответственность за семь месяцев одиозно ужасной «Живой тишины» 149, бесштрейкбрехерская солидарность и сценическая тишина которой поразили варьете и киноплощадки от Пустыни до побережья НьюЙорка больше чем на полгода, пока с руководством профсоюза не договорились на справедливую формулу компенсаций за некоторые ретроспективные пластинки и диски конца века, заказываемые по телефону из магазинов на диване в духе «Так что не забудьте позвонить до полуночи!» Потому впредь – Джонни Джентл, поставивший на колени GE/RCA [111]. И затем, в поворотный момент на рубеже веков очень мрачной эпохи США, он перешел в национальную политику. Крупные планы, склейки которых Марио сделал наплывом, принадлежат Джонни Джентлу, Славному Крунеру, основателю и знаменосцу новой, эпохальной «Чистой партии Соединенных Штатов Америки» – на вид необычное, но политически прозорливое круглостоловое братство ультраправых «на-оленей-с-полуавтоматом» джингоистов и крайне левых макробиотических «спасем-озон, – тропические-леса, – китов, – пятнистых-сов-и-
