Большинство дел, по которым проходил Гейтли, с помощью его ГэЗэ были закрыты без решения 191 благодаря долгосрочному лечению Гейтли, воздержанию от химических веществ, согласию на случайные анализы мочи и денежным возмещениям каждые две недели из жалкой зарплаты, которую он получал за вычистку говна и спермы под Ставросом Лобокуласом, а теперь также за стряпню и сотрудничество с проживанием в Эннет-Хаусе. Единственное обвинение, которое не ушло в «синюю папку», – проблема с вождением с приостановленными по нетрезвяку правами. В Содружестве Массачусетса это обвинение влечет обязательный срок в 90 дней – наказание прямо буквально вписано в закон; и ГэЗэ по делу сказал Гейтли откровенно, что это только вопрос времени, с которым ворочаются неторопливые юридические колеса, когда какойнибудь судья поместит дело в «красную папку» и Гейтли придется-таки отмотать срок в каком-то ИУМ общего режима вроде Конкорда или ДирАйленда. Гейтли не очень парит, что его закроют на 90 дней. В двадцать четыре он отсидел в Биллерике 17 месяцев за нападение на двух вышибал в ночном клубе – вернее, он скорее забил одного вышибалу в кровь бессознательным телом второго – и отлично знал, что переживет тюрягу Содружества. Он был слишком здоровый, чтобы на него наезжали, и не собирался наезжать сам: первый срок он мотал спокойно и не давал никому повода; и когда за его сигаретами из тюремной барахолки пришла первая пара жлобов, он высмеял их со свирепым весельем, а когда они вернулись второй раз, Гейтли забил их до полусмерти в коридоре за качалкой, где их наверняка должны были слышать многие другие, и когда инцидент исчерпался, можно было спокойно сидеть и не переживать из-за наездов. Теперь Гейтли парила только перспектива остаться в тюрьме всего с одним-двумя собраниями АА в неделю – чистых заключенных пускают на собрания только тогда, когда с тюремным Служением приезжает местная Группа, Гейтли сам так ездил, – при этом Демерол, Талвин и старую добрую травку в тюрьме достать едва ли не легче, чем во внешнем мире. Теперь Гейтли мучила только мысль о держиморде, с иголочки одетом пастухе. Возвращение к употреблению Веществ стало его величайшим страхом. Даже Гейтли понимает, что это важная психическая веха. Он откровенно говорит всем новеньким жильцам, что АА каким-то образом прямо взяло его за ментальную шкирку: теперь он готов буквально На Что Угодно, чтобы оставаться чистым.
