Мотивационная суть тут в том, что почти весь орден монашек состоит из монашек, которых спасли со злых тупиковых улиц Торонто другие спасенные монашки, постарше и покруче. Так что бесконечное количество новенн спустя Кровавую Сестричку наконец посещает эта наследственная духовная потребность отправиться и найти собственную трудную девушку-подростка, чтобы «спасти» и привести в орден, тем самым отплатив долг старой крутой монашке, которая спасла ее. В результате невразумительного процесса поиска («Через какой-то справочник трудных-но-готовых-к-спасению девушек-подростков?» – острит Бриджет Бун) Кровавая Сестричка все-таки выходит на обожженную, чрезвычайно трудную девчушку-подростка панковского типа, мрачную и, да, вполне себе крутую, но при этом еще и хрупкую, и эмоционально истерзанную (всякий раз, когда она думает, что Кровавая Сестричка не видит, розовое блестящее обожженное лицо девчушки корчится в муках) ужасными злосчастьями, которые она претерпела вследствие жадной и труднопреодолимой зависимости от крэк-кокаина – такого, который нужно преобразовывать и варить самому, притом с эфиром, очень легковоспламеняемым, и которым люди пользовались, пока ктото не открыл, что пищевая сода и игра с температурой приведут к тому же результату, благодаря чему временной период фильма до э. с. подчеркивается чуть ли не ярче, чем фиолетовым звездообразным хаером измученной панкушки 290.
