Грустный и красивый мальчик арийского вида соглашается на соблазн развратного престарелого типа, но только на том условии, что тот предохранится. Мальчик, хотя и косноязычный, эту оговорку обозначает предельно четко. Или безопасный секс, или до свидания, ставит он ультиматум, предъявляя узнаваемый квадратик из фольги. Отвратительный престарелый тип – уже в домашней куртке и аскотском галстуке из шелка абрикосового цвета, с сигаретой в длинном белом мундштуке в стиле ФДР, – оскорблен, думает, что молодой проститут принял его за настолько безнравственного и развратного престарелого типа, что у него вполне может быть и Он – вирус иммунодефицита человека, думает тип. Его мысли передаются посредством анимированных облачков, которые, как надеялся Сам во второй половине своей средней стадии, зрители найдут одновременно самоосознанно непритворными и чрезвычайно развлекательными. Престарелый тип Уотта серо щерится – как он думает, по-доброму, – и послушно берет квадратик из фольги, и срывает галстук – как он думает, с чувственной изысканностью. но внутри облачка у него бушуют височные судороги садистского гнева на грустного светловолосого мальчика, который принял его за угрозу здоровью. Считываемая угроза здоровью здесь называется – и устно, и в облачках – просто Он. Например: «Мелкий засранец решил, что раз я такого развратного вида, то долго этим занимаюсь и у меня наверняка есть Он, вот, значит, как», – думает престарелый тип в зазубренном от гнева облачке.
Так что теперь, всего лишь на шестой минуте картриджа, Дорожка 510, дряблый престарелый тип берет грустного красивого мальчика в стандартной гомосексуальной манере (на гиперболизированных четвереньках), под балдахином в пошлом будуаре: молодой проститут безропотно занимает гомопокорную позу на четвереньках, потому что развратный селадон показал, что надел презерватив. Молодой проститут, которого во время самого акта показывают (на четвереньках) только слева, благодаря хрупкости, тощим бедрам и заметным ребрам кажется по-своему прекрасным, тогда как у престарелого типа – обвисший зад и маленькие острые груди человека, которого довели до гротескного состояния годы разврата. Половая сцена выполнена в ярком освещении, без всякого мягкого фокуса или легкого джазового саундтрека, чтобы облегчить атмосферу клинической бесстрастности.
