В ванной едва слышно гудел водонагреватель, гель для душа пах лимоном и пенился как средство для мытья посуды. Может, оно и есть?.. Наплескавшись до сморщенных пальцев, я выбралась на теплый коврик, насухо вытерла волосы самым большим полотенцем и обернулась в него же, скрепив хитрым узлом на груди. Теперь расчесаться и… В зеркале маячило бледное лицо с бесцветными губами. М-да, аристократизм так и прет. Еще пара визитов в глубину Потока за силой, и пришлось бы Поняше закапывать легкомысленно притащенную девицу где-нибудь в саду, под малиновым кустом. Никто и искать бы не стал. Кроме Лейки. И Аниты – та фиг из рук выпустит ценный источник информации. Найдет, откопает, двойным мохито побрызгает и вытрясет все, что хочет. Будут потом по окрестным домам страшилки ходить про малиновую даму, каждый от себя присочинит – бац! – и легенда готова. Легенда?.. Вашу же ма-а-ть! Ну, конечно, легенда! Шестнадцатый век, юная дева – более особенная, чем другие особенные. Знатный погром в городе, который она устроила. В год инициации шумной крошки граница подвинулась глубже. М-м-м… Как ее там называли? Вестник? Сдается мне, речь шла об Исабель. А рассказывала мне эту историю Лейка, вычитав в какой-то книге Вениамина. Вот ведь… Опять Лейка! Все-таки она вляпалась в это дерьмо. Интересно, что еще было в той книге? Вениамин мертв, психологического центра больше нет. А куда делась его библиотека?
Я вылетела из ванной, одержимая единственной мыслью – во что бы то ни стало разыскать ту книгу. В ней столько ответов может быть! Поняша снова прятался в своей комнате, дверь была заперта. Я поскреблась – раз, второй, третий, потом громче и настойчивее. Тишина. Заработался? Долбанула кулаком в дверь, затем пнула. Помогло! С той стороны лязгнули замком, в щель высунулась заспанная физиономия трудяги, и бровь его тут же поползла вверх.
– Даже так? – сглотнул он, внимательно изучая на мне свое полотенце, будто впервые видел.
– Ты же в интернете шаришь? Мне надо найти кое-что. Очень срочно!
Поняша мотнул головой, с трудом вернув себе осмысленное выражение лица, пропустил в комнату.
– Вениамина знаешь? – на всякий случай уточнила я, он кивнул. Ну да, кто бы не знал наставника нескольких последних поколений вемов… – Можешь выяснить, что стало с его имуществом после закрытия психологического центра?
Поняша снова кивнул, плюхнулся на разобранный диван, отпихнув в сторону гнездо из подушек и одеял, и подвинул к себе ноутбук. Я пристроилась сбоку. Экран отсвечивал, буквы сливались – ни одной не разобрать, но вчитываться в них и не пришлось.
– Центр за долги продали, – хрипло сказал Поняша, – вместе со всем имуществом.
– Кому продали, когда?
– Тебя что-то конкретное интересует?
– Книги, – призналась я. – Точнее, одна книга. Названия не знаю, но она должна быть древней.
– Потрясающе конкретно, – пробормотал Поняша, защелкав мышкой. – По книгам был аукцион, весной.
– Он публично проходил? Есть названия, описания, фотки? Хоть что-нибудь?..
– Разве что в кэше.
Не особо поняв, о чем идет речь, я выжидающе сложила руки на груди. Компьютерный гений застучал клавишами. Стучал долго и сосредоточенно. Я ерзала на диване, наблюдая за процессом. Интересного не увидела – бесконечные страницы с мелким текстом и множество уже неработающих ссылок. Заскучала и принялась разглядывать комнату. Точная копия моей, разве что вместо кровати диван, да вместо одной стены беленый печкин зад, перехлестнутый словно патронташем гирляндой сексуальных носков. Вот оно, логово диких мустангов!
– Нашел! – Поняша выпрямился.
Я прилипла к ноутбуку. Действительно – названия, описания, фото. Длинный список, почти бесконечный. Я бегло прокрутила страницу, толком не понимая, за что первым делом хвататься. Перед глазами мелькнуло то, что заставило резко отдернуть руку и уставиться в экран. На одной из ветхих обложек красовалась спираль с вогнутым внутрь концом… Знак Криса! Марта – это он?! Кто нарисовал его символ на книге? Зачем?.. С чего вообще в древнерусских томиках излагают легенды об испанских девочках?! Думать, срочно думать… Отец Исабель, получается, русский. Во время нападения на дом его не было, вот и выжил. После смерти дочери, скорее всего, бежал от инквизиции в Россию, тут и рассказал свою историю. Записавший ее – явно сам вем, иначе бы про особенных людей не рассуждал. Сложил факты, остальное додумал, получилась сказочка. Ну а знак… Кулон! У отца Исабель был кулон, как он считал – дочкин.
– Ты эту книгу искала? – Поняша тоже смотрел на фотографию и задумчиво скреб щеку. – Сколько же ей лет? Того гляди прямо на картинке рассыплется…
– Текст никак не посмотреть? – Я нервно облизала губы. – Или хотя бы содержание?
– Увы. Не оцифровывали.
Ленивые морды!
– А можно найти, кто ее купил?
– Без шансов, – развел он руками. – Информация конфиденциальная.
