Прошло уже, чуть больше месяца. Середина февраля была уже не такой холодной, как январь. До моего большого сольного концерта оставались считанные дни, а точнее, около трех недель, но я уже не мог дождаться. Вечные репетиции и концерты изматывали меня физически, но духовно и морально, я был бодр и взбудоражен.
Плюс ко всему, я всё ближе к тому, чтобы поквитаться с Антоном. Нам удалось подобраться к этому ублюдку и есть шанс, посадить его далеко и надолго.Мы стараемся действовать тихо и аккуратно, чтобы не спугнуть его. Алиса, естественно, об этом ничего не знает, от чего мне немного не по себе.
Послезавтра у нас с ней вылет в Доминикану. Начальница Алисы, после её полета в Нью Йорк, подозрительно добра к ней. Она с легкостью отпустила мою невесту на неделю с работы.
Алиса собирала дома чемодан, а я сидел в машине, у дома, разговаривая по телефону с мамой.
— Мам, ну я же тебе объяснял, дядю Женю я звать не хочу, после его выходок.
— Егор, ну столько времени прошло, тем более это свадьба, и тем более он двоюродный брат твоего отца.
Я потер переносицу и тяжело вздохнул.
— Мам, я подумаю, — мой телефон завибрировал и я взглянул на экран, — Мам, я тебе перезвоню, ладно?
— Хорошо, Егор, подумай над тем, что я тебе сказала. Целую тебя, сын.
— Хорошо мам, пока, и я тебя.
Положив трубку, я внимательнее взглянул на экран своего телефона. Там было сообщение от неизвестного отправителя.
— Интересно, — сказал я самому себе, ведь мой номер знают немногие.
Открыв сообщение, я обнаружил видео. В один момент у меня появилось ощущение того, что моё сердце больше не бьётся. Оно просто остановилось. На видео Стефан и Алиса. Их почти не видно, так как свет максимально приглушен, но я узнаю эти руки и этот образ из миллионов. Это моя Алиса. Американец целует её, а она обвивает руками его шею. Она что-то говорит, но я не слышу что, непонятно. Своими руками он ласкает её тело, прикасается там, где могу прикасаться только я. С каждым их новым движением, у меня всё больше мутнело в глазах. Этого не может быть. Это какая-то шутка. Она не могла так поступить. Неужели, тогда, она морочила мне голову со своими снами?! Пыталась выгородить себя? На видео она вовсе не неподвижна. Она то и дело брала его за плечи, хватала за руки. И я не наблюдаю особого сопротивления. Они накрыты простыней, я не вижу, что они делают, но он находится сверху. В моих легких абсолютно не осталось воздуха. То, что я сейчас видел на экране телефона, разрывало моё сердце медленно и мучительно на миллионы кусочков. Весь мой привычный мир рухнул в одну минуту. Как она могла? Я не верю, но я вижу. Вижу всё своими глазами. Видео уже закончилось, а я продолжал сидеть и смотреть на экран телефона. За что? За что судьба ко мне так ненавистна? Трудно дышать. Больно дышать. Мне не хватало воздуха. Я то и дело оттягивал ворот кофты, чтобы получить больше кислорода. Просидев еще несколько минут, я, будто пьяный, вышел из машины и пошел к себе домой, чтобы посмотреть в глаза предателю.
“Алиса”
Я бегала по квартире, собирая вещи для поездки. Наконец-то Егору выделили неделю свободного времени, чтобы воспользоваться моим новогодним подарком. Комочек всё время бегала за мной, с торчащим хвостиком. Иногда мы с ней бегали наперегонки, это выглядело очень глупо со стороны, но нам обеим было плевать. Я услышала звук открывающегося замка, и побежала к двери, чтобы встретить своего мужчину. Подбежав к нему, я тут же бросилась на его шею, как ребенок.
— Малыш. Я так соскучилась, — я обнимала его, прижимала к себе, вдыхая родной запах. Но было что-то не так. Он не обнимал меня в ответ, а его сердце колотилось так, что я слышала его биение. Я немного отстранилась, не убирая руки с его шеи. Его взгляд был другим, холодным, обжигающим, злым, ненавистным.
— Егор, что случилось? — всё моё настроение куда-то улетучилось, а моё сердце начало догонять ритм сердца Егора. Он, молча, взял мои руки и убрал со своей шеи. Он их отбросил, будто мусор. Я вообще ничего не понимала.
— Егор, в чем дело? — к горлу подступал ком. Всё это было обидно и жутко. Я никогда его не видела таким.
— Я хочу, чтобы ты ушла, — сказал он.
Эти слова пронзили меня в самое сердце. Они были как гром, среди ясного неба. Как удар под дых.
— Ч-что? — заикаясь, переспросила я.
— Что слышала, — всё так же холодно отвечал он, смотря на меня, как на что-то отвратительное, — Я хочу, чтобы ты собрала свои вещи и ушла.
Я смотрела в голубые глаза, и не понимала, что происходит.
— Егор, да в чем дело то? Что случилось, ты можешь объяснить? — я начинала психовать, и паниковать. Его будто подменили, на меня смотрели совсем другими глазами.
— Я, сука, верил тебе! — друг крикнул он, отчего я я даже немного подпрыгнула, затаив дыхание.
— Я детей от тебя хотел! А ты, вешая мне лапшу на уши, спала с другим! Ты, сука, изменила мне, а после прыгнула ко мне в постель! — он срывался всё больше, жестикулируя руками, а я вовсе запуталась, не веря своим ушам. Лицо Егора искажалось от злости с каждым произнесенным словом.
