— Черт! — я ударил ногой в мусорный бак, пытаясь куда-то выплеснуть гнев. На улице было поздно и темно, никто не видел меня, да и было плевать. Сев в машину, я завел двигатель и поехал сам не знаю куда.
Ночные огни Москвы проносились мимо меня с большой скоростью. В колонках играла песня Мота и Бьянки — Абсолютно всё, что заставляло моё сердце сжиматься от боли. Она ведь была для меня абсолютно всем. Я готов ради неё на все. Я, сука, давал ей всё! Чего ей не хватает?! Я бил руками руль, выплескивая боль с гневом. Слезы сами собой брызнули из глаз. Что я делаю в этой жизни не так? За что мне все эти предательства? Я задыхался от гнева и боли, а самое ужасное, я задыхался от безумной любви к ней. Я ведь люблю её! Остановившись на обочине, я просто упал на руль позволяя слезам выйти наружу. Я не мог себя сдерживать. Эта боль выворачивала меня изнутри. Мой телефон начал разрываться от звонков. Я не хотел даже поднимать голову, чтобы посмотреть кто это. Когда мобильник начал трезвонить в третий раз, я взял его в руки, чтобы треснуть обо что-нибудь и увидел на экране её фотографию. Дикая злость заполонила весь мой разум. Я был зол на неё, на себя. Я не желал её не видеть, не слышать. Всё, чего я хотел, чтобы эта ужасная боль ушла. Скинув звонок, я со злостью вытер своё лицо и поехал дальше. Через минуту мне пришла смс.
От кого:
Малышка
«Я никуда не уйду, пока мы нормально не поговорим, и ты меня не выслушаешь!»
Я невольно усмехнулся её наглости. Отвлекаясь от дороги, я напечатал ответ и швырнул телефон на пассажирское сиденье.
«Алиса»
Я ходила с одного конца комнаты в другой, пытаясь взять себя в руки. Я переживала, чтобы он не наделал глупостей, чтобы с ним всё было хорошо.
— Господи, ну какой же дурак! — жестикулируя руками, я разговаривала с пустотой. Мой телефон завибрировал, и сердце с грохотом упало, ударившись о пол. Дрожащими руками я открыла сообщение.
От кого:
Мой мальчик
«Значит, я не вернусь домой.»
В ту же секунду я ощутила тысячу лезвий, пронзающих мою грудь. Я снова начала задыхаться, горло сводило от боли и обиды. Слезы оаять выступили на глаза. Что делать? Как быть? Сквозь рыдания, я набрала номер своей подруги.
— Кать, — я собрала все силы, чтобы попытаться говорить нормально, но у меня не получалось. Из меня выходили только рыдания.
— Алис! Господи, что случилось?!
— Кать, приезжай, пожалуйста, — это всё, что я смогла сказать, после, я просто села на пол и свернулась калачиком.
Не знаю, сколько я вот так пролежала на махровом белом ковре. Все мои мысли были где-то с Егором. Где он? Как он? Что он чувствует? Ему сейчас невероятно больно. Спустя некоторое время, ко мне подошла Комочек, начав тереться мордочкой о моё лицо. Я смотрела на неё, вспоминая, как Егор подарил мне этого замечательного белого котенка в мой день рождение. Моё день рождение. Песня, которую он написал для меня, она прекрасна. Я легла на спину, положив Комочек на живот, и начала напевать строчки из той самой песни. Я уже не рыдала, но слезы продолжали катиться из глаз, капая на ковер.
— Я должна собираться, малышка, — я погладила белую шерстку Комочек и поднялась с пола. Нужно взять себя в руки. Я зашла в спальню, где стоял мой чемодан, с некоторыми вещами, приготовленными для поездки в Доминикану. Теперь о ней можно забыть. Достав большую сумку, я начала скидывать туда все свои вещи. Как бы я не пыталась держать себя в руках, слезы постоянно катились по щекам.
Через полчаса раздался звонок в дверь. Сердце подпрыгнуло к горлу. Вдруг это он? Хотя он бы не стал звонить, у него есть ключи. Подойдя к двери, я увидела в глазок свою подругу. Когда я открыла дверь, лицо Кати поменялось несколько раз.
— Алис, — она вошла в квартиру, не о чем не спрашивая, и сразу обняла меня.
Мы стояли так несколько минут, пока я не успокоилась.
— Алис, что случилось? Ты меня пугаешь, — подруга убирала волосы с моего лица, внимательно всматриваясь в него.
— Ну, знаешь, Егор сказал, чтобы я уходила. Собирала вещи и уходила, — я говорила это, слегка усмехаясь. Видимо, я еще не осознавала до конца, что вообще происходит. Катя выпучила глаза на меня, застыв.
— Что прости? В каком смысле?
— В прямом. Пойдём, мне нужно собрать вещи.
Глава 58
«Егор»
Дорога сама привела меня на студию. Было уже поздно, и почти никого не было. То, что нужно. Бросив куртку на пол, я сел на диван, уронив голову в руки.
— Это всё какой-то страшный сон, — пробормотал я пустоту, в надежде, что кто-то ответит «да, это страшный сон». Тяжело вздохнув, я взял листок и ручку, и начал писать. Я выплескивал на листок всё, что чувствую. Музыка на фоне, заставляла болеть душу еще сильнее. Моя любимая предала меня. “Она больше не твоя. Она предатель” кричал мне внутренний голос. Её светлый образ постепенно осквернялся, от чего сердце и душа болели ещё сильнее. Часть моего мозга отказывалась верить в то, что она на такое способна. Я ведь знаю её, как никто другой. Но всё уж слишком сходится. Зачем она тогда устроила этот цирк с синяком?
