Егор, еще мгновенье, смотрел мне в глаза, после чего подтащил к себе. Он впился своими губами в мои, зарываясь пальцами в волосах. Я чувствовала, как от любви разрывает не только меня, но и его. Навалившись всем весом, я уложила его на лопатки, оказавшись сверху. Мои пальцы уже ловко искали низ футболки, поднимая её вверх. Обнажив его тело, я выпрямилась, смотря на него сверху вниз. Своими руками он держал меня за бедра, всё сильнее стискивая их в своих пальцах. Под собой я чувствовала его напряжение, его желание, что отдавалось еще большей истомой для нас двоих. Смотря прямо в его глаза, я потянулась к ремню, на его джинсах. Ловким движением, я расстегнула ремень, а после и пуговицу. В его глазах горело пламя, я видела, что все мои действия доставляют ему удовольствие. Я сползла немного ниже, и наклонилась к его торсу. Первое прикосновение моих губ он почувствовал чуть ниже пупка. Егор с шумом втянул в себя воздух, замерев. Медленно и томно, я продолжила двигаться вверх, оставляя теплый след из влажных поцелуев. Пока я двигалась вверх, его пальцы глубже зарывались в моих волосах, сжимая их у корней. Добравшись до его шеи, я немного замерла, дразня его, а после прикоснулась, губами к его коже на шее, слегка покусывая. Я знала, что это сводит его с ума. Он доказал это тем, что крепко обвил меня руками и перевернул так, что теперь я смотрела на него снизу вверх. Он навис надо мной, с секунду пожирая взглядом, после чего, ненасытно впился поцелуем. Он ловко, буквально сорвал с меня одежду. Я чувствовала, как лава внизу моего живота, накаляется всё сильнее. Каждый раз, в его объятиях, я сгорала, как феникс, возрождаясь заново, после того, как дыхание приходило в норму, а стук сердца принимал ровный и размеренный темп. Спустя неделю, а казалось, что год, я наконец-то почувствовала его в себе. Эти ощущения уносили нас обоих далеко за пределы разума. Быстрые и резкие движения сменяли медленные и томные. Если раньше я могла описать вам чувства, которые я испытывала при близости с ним, то сейчас я не могла это сформулировать даже в своих мыслях. Это круговорот удовольствия, любви, желания, страсти, ощущение бесконечности и счастья. Я была счастлива. С ним я счастлива.
Лежа на полу и смотря в потолок, мы с Егором пытались отдышаться. Приятные импульсы всё еще содрогали моё тело, а блондин всё ещё тяжело дышал.
— Не думал, что могу испытывать что-то подобное.
— Да, я тоже.
Мы оба пребывали в какой-то эйфории, пока пульс не восстановился. Продолжая лежать, мы обсуждали планы на будущее. Я лежала на его плече, а он перебирал в руке мои пальцы.
— Малыш, сегодня вечером должны вернуться Катя с Русланом. Ты помнишь?
— Угу. Это я должна была загореть перед свадьбой, — во мне заговорила язва, которая вновь, непроизвольно, пыталась уколоть Егора, но тот лишь усмехнулся.
— То есть ты считаешь, что он бы продержался до лета? Наивная! — он продолжал смеяться, а я пнула его в бок.
— Успеешь еще загореть до свадьбы. Давай в душ, и поедем за вещами, — Егор поцеловал меня в макушку и встал с пола, грациозно виляя ягодицами в сторону душа. Проводив его взглядом, я уронила лицо в ковер, простонав в знак протеста.
Через полчаса мы уже ждали такси, так как обратно мы поедем на моей красной малышке. Как я по ней соскучилась. Завтра мне предстоит выйти на работу, поэтому как вещи, так и автомобиль мне необходимы. К хорошему, как говорят, быстро привыкаешь, поэтому я без машины уже никуда. Пока мы ждали такси, у Егора раздался телефонный звонок.
— Это мама, — мы с Егором переглянулись, а тело, будто, обдало кипятком. Они ведь думают, что мы еще находимся в самолете, точнее должны так думать.
— Она ведь не должна еще звонить. По легенде, мы в самолете. Может она всё узнала? Бери трубку, — я указала пальцем на телефон, встав перед Егором, начав кусать кончик пальца. Тяжело вздохнув, блондин снял трубку.
— Да мам?
— Я так и знала.
Я слышала взволнованный голос Ирины Игоревны из трубки Егора. Неужели она всё узнала?
— Мам, что случилось?
— А ты не хочешь мне объяснить, почему ты вообще говоришь по телефону, когда должен находиться в самолете? М? — я слышала, как Ирина Игоревна взволнованно повышала голос, а Егор, закрыв глаза, начал потирать переносицу.
— Молчишь? А я знаю почему. Потому что не знаешь что соврать? Что произошло? Что с Лизой? Почему вы мне сразу не позвонили?
— Мам, успокойся, пожалуйста. Всё в порядке. С чего ты взяла, что что-то случилось?
— А с того, что мне написали, что Лиза в больнице. Я ей тут же позвонила, и это оказалось правдой! У меня вылет через полчаса. Через полтора я буду в Москве. Встреть меня, — мы с Егором тут же уставились друг на друга. Это катастрофа. Мало того, что мама обо всём узнала, так еще и если она приедет сюда, увидит, что моих вещей здесь нет. Придется и это объяснять.
— Хорошо мам. Выезжаю в аэропорт.
Положив трубку, Егор нервно провел рукой по волосам.
— Ей кто-то написал о том, что Лиза в больнице. Не удивлюсь, если это дело рук Антона. Сволочь.
В этот момент телефон Егора снова зазвонил.
