– Думаю, вы излишне строги к себе, – великодушно промолвила Карли.
– О, едва ли. В общем, я на десять лет запоздал со своими извинениями.
– В этом нет необходимости. Я пошла на это свидание уже предвзятой. Я терпеть не могу свидания вслепую.
– Аналогично.
Обмен любезностями иссяк. Мне пришло время уходить. Но я должен был еще столько сказать Карли.
Ничего этого я сказать не мог, но я также не мог допустить, чтобы эти пустые любезности стали моим последним разговором с Карли.
– Я прочитал ваши стихи, – добавил я.
– О?
– Ваш сборник. «Портал». Больше того, купив, я перечитал его четыре раза подряд.
– Четыре раза подряд. Вы мазохист?
Я улыбнулся. Это было так похоже на Карли.
– На самом деле ваши стихи очень красноречивые, но они навеяли на меня грусть.
– Грусть? Это я слышу редко. Обыкновенно я слышу «отвратительно», «дрянь», «сатанизм». Но «грусть» – это что-то новое.
– Мне стало грустно, потому что, прочитав их, я понял, чтó потерял, – сказал я.
– Не понимаю.
– У меня было свидание с девушкой, которая, очевидно, очень мудрая, глубокая, сложная и талантливая, а я ее так и не узнал.
Отпив глоток чая, Карли задумалась над моими словами. Я не пытался к ней подольститься. Я говорил искренне. Если это по-прежнему та самая женщина, которую я любил, она это поймет.
Поколебавшись немного, Карли сказала:
– Не хотите сесть?
– С удовольствием. Спасибо.
Сев за столик, я с огромным трудом удержался от того, чтобы погладить ее по щеке, что было бы совершенно естественно. Взгляд Карли упал на мою руку, на которой все еще было обручальное кольцо. Белое золото, с инкрустацией в виде кельтского узла на черном титане.
– Красивое кольцо, – сказала она.
– Да, красивое. – Я едва сдержался, чтобы не добавить: «Это ты мне его подарила».
– Значит, вы женаты.
Я не знал, как ей ответить. Моя жена сидела за этим самым столиком, но даже не подозревала об этом.
– Был женат.
– Развелись?
– Моя жена умерла.
– Извините. Примите мои соболезнования.
– Спасибо. Я до сих пор так и не снял кольцо.
– Понимаю.
– Достаточно тяжело уже то, что я ее потерял, но наш последний разговор был спором. Жена совершила ошибку, а я никак не мог ей этого простить. По моей вине это нас погубило.
– В чем заключалась ее ошибка?
– Неважно. Она говорила со мной, но я ее не слушал. А теперь уже слишком поздно что-либо исправить. Я так много хотел бы сказать ей…
Глаза Карли сверлили меня насквозь:
– Что бы вы сказали?
Я задумался. Моя жена сидела прямо передо мной, и я мог сказать ей все что хотел. Теперь было так просто сказать то, что я не мог сказать раньше.: «Я тебя прощаю». Но теперь мне хотелось большего. Если бы я смог вернуть свою жену, я сказал бы ей, что все будет по-другому.
– «Дай мне еще один шанс», – сказал я. – Вот что я бы ей сказал.
– Возможно, ваша жена чувствовала то же самое. Я хочу сказать, это ведь она совершила ошибку.
– Возможно. Мы оба свернули не на ту дорожку и оказались там, где не хотели быть. Мне очень хотелось бы, чтобы у нас была возможность исправить эту ошибку. Чтобы мы получили второй шанс. Я хочу этого больше всего на свете.
– Да, было бы здорово, если бы жизнь была так устроена. Я много об этом думаю.
– Не сомневаюсь. – Помолчав, я сказал: – Я слышал о том, что произошло с вами. О гибели вашей матери. И всем том, что было после.
– Я не бегу от этого, – кивнула Карли. – Больше не бегу.
– Скорее всего, я не рассказывал вам это при нашей первой встрече. Тот Дилан, из прошлого, не любил делиться своим личным. Мои родители погибли, когда я был еще маленьким. Отец застрелил мать, после чего покончил с собой. И я при этом присутствовал. Это меня изменило. Потом мне в жизни много раз приходилось делать выбор, и, поверьте, далеко не всегда я делал правильный.
Карли отпила чай, не отрывая взгляда от моего лица. Мне это казалось очень личным.
– Любопытно, какими словами вы это выразили.
– То есть?
– «Тот Дилан, из прошлого». Как будто вы не тот же самый человек.
– Это действительно так. Я стал другим.
– Мне хорошо знакомо это ощущение, – сказала Карли.
– Готов в это поверить.
– Дилан, почему вы рассказываете мне все это?
– Наверное, я хочу, чтобы вы узнали, кто я.
– Без обиды, но какое это имеет значение?
– По вашим стихам я узнал, кто вы, а у вас так и не было возможности узнать меня.
– У нас было ведь всего одно свидание, – напомнила Карли. После чего добавила кое-что совершенно неожиданное: – Правда?
Мне захотелось сказать: «Нет, нет! У нас было нечто большее!» Но я этого не сказал.
– Вы правы. У нас было всего одно свидание.
Мне показалось, что Карли была разочарована моим ответом.
Только сейчас я заметил, что мой стаканчик с кофе пуст. Я смял его. Карли улыбнулась; я улыбнулся. Две смущенные, неловкие улыбки. Я взглянул на часы, и Карли также взглянула на часы. Мы колебались на грани того, чтобы стать чем-то больше, чем просто двумя незнакомыми людьми, но пока что нам не удавалось сделать этот шаг.
– Ну, рад был с вами встретиться, Карли.
– И я тоже.
– Всего вам хорошего. Берегите себя.
– Постараюсь.
