Бесконечность полностью

– А что насчет вчерашнего вечера? Это ведь вы помните, правильно? Куда вы вчера пошли?

Я увидел у него на лице тень усмешки. Следователь что-то знал. Я оглянулся на Тай, но та молчала, не смотря в мою сторону.

– Я навестил друга в Саут-Сайде. Роско Тейта.

– Да, ваша жена сказала мне. Она также сказала, что позвонила в церковь, где работает ваш друг, и выяснила, что вы уже ушли оттуда. Домой же вы вернулись лишь спустя несколько часов. Где вы были?

– Почему это вас интересует? Какое вам до этого дело?

– Я расследую убийство, мистер Морган. Мне есть дело до всего.

– Не вижу, какое отношение имеет к этому то, где я был вчера вечером.

Бушинг покрутил карандаш.

– В таком случае позвольте вам объяснить. Дело в том, что в этом городе некоторые убийства вызывают широкий общественный резонанс. В выходные застрелили десять чернокожих подростков, и всем на это наплевать. Но привлекательную молодую женщину зарезали в парке? На такое люди обращают внимание. Они читают об этом в газете и запоминают. Что вызывает волну звонков в полицию. По большей части это ведет в никуда, и все же время от времени удается найти иголку в стогу сена.

– Я по-прежнему вас не понимаю.

– Так вот, понимаете, вчера поздно вечером нам позвонили из охраны Северо-Западного университета. Какая-то студентка заявила, что незнакомый мужчина следил за ней в парке рядом с общежитием. И она достаточно неплохо его описала. Вообще-то мы бы не придали особого значения информации подобного рода, но только охранник запомнил фото Бетси Керн в газете. Он сказал, что обе женщины были очень похожи друг на друга.

Бушинг достал из портфеля две фотографии. На одной была Бетси Керн – этот снимок я уже видел в газете. На другой была молодая женщина, с которой я встретился накануне вечером у Гудрич-Холла. Женщина, которую я принял за Карли.

– У этого охранника отменное чутье, – продолжал Бушинг. – Эти две женщины действительно похожи. Так вот, само по себе это меня не заинтересовало бы, но охранник также прислал описание подозреваемого. Рассудив, что это может нам помочь. А вот это уже привлекло мое внимание. Невысокий белый тип, лет тридцати – тридцати с небольшим, взъерошенные темные волосы, на лице щетина. Это вам никого не напоминает, мистер Моран?

Я ничего не ответил.

– Студентка также показала, что на мужчине, который ее преследовал, была темно-красная рубашка. Согласно вашей жене, такая же рубашка была на вас, когда вы вчера выходили из дома. Мистер Моран, это вы были в студенческом городке Северо-Западного университета?

Следователь загнал меня в угол, и мы оба это понимали. Достаточно будет показать той студентке мою фотографию, и она меня опознает, если уже этого не сделала. Я не мог притворяться, что меня там не было.

– Да, – признался я. – Это был я.

– Мистер Моран, почему вы преследовали ту девушку?

– Я ее не преследовал. Я увидел, как ее преследует какой-то другой человек, и встревожился. Я попытался вмешаться и убедиться в том, что все в порядке.

– Кроме вас, она больше никого не видела. Она видела только вас. Также она сказала, что видела у вас в руке нож.

– У меня не было никакого ножа.

– Если мы обыщем вашу машину, мы найдем нож?

– Нет.

– Потому что вы от него уже избавились?

– Потому что у меня его никогда не было.

– Это вы убили Бетси Керн, мистер Моран?

– Нет! – прошипел я.

– Ну, вы говорите, что ничего не помните, начиная с той ночи, когда пропали. Откуда у вас такая уверенность?

– Полагаю, если бы я кого-нибудь убил, я бы это запомнил.

– Верно. А может быть, весь этот рассказ про потерю памяти – не что иное, как гора свежего собачьего дерьма, прилипшая к подошве.

– Я говорю вам правду. Ту ночь я не помню. Но я бы никого не убил.

– В таком случае что вы делали в студенческом городке?

Я вздохнул, потому что разумного объяснения у меня не было. Я не мог упоминать про Карли. Я никак не был с ней связан, не имел никаких оснований ее разыскивать. Однако, даже если я сохраню ее имя в тайне, Бушингу потребуется совсем немного времени, чтобы проследить мои звонки и найти тех, с кем я говорил о Карли. Он возьмет ее фотографию и увидит, что она похожа на двух других женщин.

У Карли спросят обо мне, и как только это произойдет, я буду навсегда от нее отрезан. Она мне никогда не поверит, не станет даже говорить со мной.

Я чувствовал, как меня опутывает плотная паутина, точно так же, как это было в моем собственном мире. Несомненно, именно этого добивался другой Дилан Моран. Времени у меня оставалось все меньше.

– Я поехал туда, чтобы сходить в музей Блок[17], – сказал я, хватаясь хоть за какой-нибудь предлог.

– Вы поехали в Норт-Сайд через весь город, чтобы сходить в музей? Зачем? Когда я с вами говорил, вы сказали, что валитесь с ног от усталости.

– Да, но в то же время я не находил себе места. Я потерял два дня своей жизни и не знал, что со мной произошло. Я пытался отключить свой рассудок и посмотреть, может быть, что-нибудь вернется. На самом деле я не думал о том, куда еду. В музее есть экспозиция фотографий, которую я хотел посмотреть, вот я туда и поехал.

– Вы ее посмотрели?