И у стен бывают уши. Есть вещи, о которых лучше не говорить вслух, особенно когда эта вещь несколько миллионов рублей золотом. Князь контролировал свою речь, но выпитое вино играло свою роль. У всех свои недостатки. У Гагарина это было вино и любовь финансовым авантюрам, которые привели его к банкротству.
– Второй вопрос как мне кажется, тоже связан с нашим юным герой. После беседы с кем Императрица резко изменила составы коллегий, запустила реформы, которые долго оттягивала? Ещё и оказала перед смертью поддержку Павлу, что ранее было немыслимо, – продолжил свои рассуждения Гагарин.
– Наш пострел везде поспел? Князь, вы считаете, что Екатерина передала архив Константину? Мне кажется, вы демонизируете юношу. А, почему не Александру? – задал вопрос, задумавшийся Безбородко.
– Я не отрицаю такой возможности. Но Константин напрашивается в первую очередь. Слишком много событий завертелось вокруг него и много новых людей появилось в его окружении.
– То же самое можно сказать про Александра. Его окружение выросло ещё больше и там есть весьма достойный человек, вернее семейство, которому Императрица благоволила и могла доверить архив или сделать их хранителями при молодом наследнике, – парировал граф.
– Вы про Салтыковых? Не уверен. Хотя молодой Салтыков очень умён и весьма неожиданно оказался приближённым Александра, который ранее весьма прохладно к нему относился. К тому же в канцелярию наследника перешло сразу несколько человек из нескольких коллегий. Кто-то из них может быть порученцем Императрицы.
– Я бы не стал вычёркивать из списка Федьку, – произнёс молчавший Хованский.
Оба его собеседника не смогли скрыть улыбок, зная о давней ссоре князя с Ростопчиным.
– Вы зря улыбаетесь господа. Если нужно, что-то спрятать, то лучший способ сделать это на видном месте. Перед смертью Императрицы граф получил Анну третьей степени[113]. Сразу после смерти Императрицы был обласкан Его Величеством и получает Анну уже второй и первой степени. Затем перепрыгивает сразу через два звания, и он уже генерал-майор. Это полностью противоречит последнему указу Екатерины о званиях, которые Павел с радостью поддержал. Сотни молодых людей вынуждены были начать служить с званий подпоручиков и поручиков, вместо ожидаемых подполковников и полковников. Ещё большее число заслуженных представителей знатных фамилий лишились своих армейских чинов, под надуманным предлогом, что у них нет нужного ценза. И вдруг какой-то отставной бригадир, который в армии толком мне служил, получает производство в нарушение указа. Что это за заслуги спрашивается? За разработку нового Устава, формы прусского образца и командование гатчинским потешным войском?
На этот раз задумались все собеседники. Безбородко пригубил бокал вина, к которому не притрагивался с начала беседы.
– Умеешь ты озадачить, Василий Алексеевич, – произнёс граф через некоторое время, – Федька и есть доверенной лицо Императрицы. И ведь никому в голову подобное не придёт.
– Предлагаю остановиться на трёх кандидатах. Мне нужно проверить одного человечка, который был замечен рядом с Константином. К сожалению, доверенный слуга покойницы, который отвечал за её встречи с некоторыми людьми, скоропостижно скончался. Что так же вызывает у меня определённые подозрения. Вы, граф ближе общаетесь с Ростопчиным, на вас наблюдение за его поведением. А вы, князь, постарайтесь присмотреться к окружению Александра и изменению в его окружении, – вдруг начал командовать Хованский.
Хозяин кабинета должен был оставить последнее слово за собой, чтобы всякие солдафоны особо не командовали, и резко наклонился к гостям, которые о неожиданности отшатнулись.
– Хочу напомнить всем присутствующим, что к архиву прилагались люди. Очень грамотные и обученные люди. Если мы совершим ошибку и выдадим свою заинтересованность, то можем последовать за слугой Императрицы, который слишком много знал, – граф решил нагнать немного жути на собеседников.
После ухода гостей, Безбородко ещё долго сидел в кабинете и задумчиво смотрел в окно. Вот тебе и Хованский, вот тебе и грубиян. Так повернул разговор, что чуть не начал раздавать приказы. Очень не прост князь, а главное умён и умеет это скрывать. Теперь уже непонятно, кто руководит их триумвиратом. С другой стороны, лучше работать с умным человеком, тем более интересы всех сторон никак не пересекались по службе. Это требовало осмысления, могли возникнуть весьма полезные совместные проекты. Граф пригубил вино и погрузился в размышления.
4 февраля-11 февраля 1797 года Российская Империя, Великий Новгород.
