Шайрен на секунду задумалась, а затем неуверенно кивнула. Нет, они определенно репетировали эту встречу, поджидая нужный момент, девушка готова была поклясться. В тот же миг, все боги, не вставая с тронов, вытянули вперед правые руки и произнесли какое-то заклятие, от понимания смысла которого Шайрен осталась далека. Она даже не могла с уверенностью сказать, на каком из языков оно звучало. Но со стороны это выглядело до невероятного эпично. Посредине зала из тумана возник небольшой пьедестал. На нем покоился пергамент, обвязанный красной нитью. Края его уже давно завернулись, бумага пожелтела от времени, но все еще оставалась похожей на бумагу.
— Возьми пророчество и зачитай, — властно произнес Осирис.
— В который раз я уже это слышу? — лениво зевнул Сет, все еще явно недовольный происходящим. — Эта бумажка настолько пропиталась темной энергией, что…
— Сет, — одернул его Птах. — Тебя же никто не спрашивал.
— Девочка сама со всем разберется, — кивнул Тот.
— Но там же…
— Ниточку можно развязать, — услужливо подсказал Анубис.
— А почему это должна делать я? Если пророчество было у вас, почему вы сами его не зачитали? — Шайрен не хотелось прикасаться к древним письменам. Пергамент выглядел настолько старым, что у нее появлялось стойкое желание приклеить на пьедестал табличку «фото и видеосъемка запрещена, руками не трогать».
— Потому, что это пророчество о тебе. Лишь ты можешь развязать нить, — пояснил Ра, и слегка более миролюбиво добавил, — не бойся. Мы не причиним тебе вреда.
— А я… — Шайрен вновь взглянула на Сета. Тот, казалось, относился к происходящему с наибольшей долей адекватности. Бог лишь еле заметно качнул головой в сторону, стараясь не привлечь внимания окружающих его личностей. — Не могу, — послушно прошептала девушка, опуская глаза.
Бог пустынь прикрыл глаза в знак одобрения.
— Ты боишься? — поинтересовался Тот, подпирая голову кулаком. Он недобро зыркнул в сторону Сета. Тот же, изображая святую невинность, насвистывал какой-то простой мотивчик, показательно глядя в потолок.
— Не могу сказать да, но и на «нет» язык не поворачивается, — промямлила девушка. — Это не страх, а смутное внутреннее предчувствие чего-то злого. Я не буду брать это пророчество, — Шайрен смело подняла взгляд на главу пантеона.
Ра отвлекся от попытки мысленно запустить чем-то тяжелым в голову Сету. Останавливало лишь осознание того, что этот гад увернется.
— Я же говорил! — Осирис вскочил с трона, в момент, переводя все внимание на себя. Даже флегматичный Сет поперхнулся собственным свистом, а Бастет приняла божественный облик. — Девчонка не сможет этого сделать. Она труслива и слаба. Еще бы, ее ведь вырастили люди. А я прекрасно помню, как они отреклись от нашего покровительства из-за собственных мелких страхов. Все повторяется, господа. Надеюсь, ты не забыл о моем предположении, Анубис?
— Умерь пыл, Осирис. Я прекрасно помню твое предположение и спор, который мы затеяли, — ответил шакалоголовый проводник загробного мира, щелкая зубами. — Осирис как-то пообещал, что если она не сможет забрать пророчество, то он отправит ее в загробный мир.
— Но ведь для этого, необходимо твоё согласие, не так ли, Анубис? — спросил Птах, тоже вставая.
В полный рост каждый из богов был намного выше девушки. Подобно Роказулу в его демоническом воплощении, что не могло не доставлять Шайрен дискомфорта. Она чувствовала себя гномом в стане лесных эльфов.
— Необходимо, и я даю его, — сквозь зубы процедил Анубис. Не сколько огорченный скорым расставанием с девушкой, сколько от осознания своего поражения в споре. Жизнь обычной девушки явно была для богов обычной разменной монетой, которую вполне можно было и отдать за бесценок.
Осирис усмехнулся и сделал несколько шагов к Шайрен. Девушка в испуге отступила назад и, зацепив пьедестал, смахнула с него свиток. В тот же миг, из анха на шее Шайрен, вырвалось огромное облако тьмы, мигом окутавшее весь зал. Осирис отшатнулся назад, с трудом на упав обратно на трон. Остальные боги с удивлением переглянулись. И лишь Анубис и Сет сохраняли спокойствие, глядя на окружающих как на душевнобольных.
Когда тьма рассеялась посредине зала, все увидели Роказула. Представ перед богами в своем демоническом обличии, он определенно произвел неизгладимое впечатление. На лицах многих богов застыло выражение ужаса. Сет с Анубисом переглянулись. Роказул же, притянув Шайрен к себе, сжал плечо девушки, дабы не давать той возможности отстраниться. Он усмехнулся, поднимая на уровень глаз руку с пророчеством.
— Роказул, немедленно верни пророчество! Оно не принадлежит тебе, — произнес Анубис, вскакивая со своего места. Он явно не ожидал того, что бумажка достанется демону.
— Но и тебе не принадлежит, дорогой Анубис, — вновь встрял Сет.
— Да ты замолчишь, в конце концов?! — Ра буквально простонал, закрывая лицо руками.
Видно было, что связываться с Роказулом он не хотел, а вот накричать на Сета никогда не было лишним. — Ну, ведь нам оно нужнее!
