— Оно не принадлежит мне, но оно не принадлежит и вам, Сет абсолютно прав, — подтвердил Роказул, отступая назад. Анубис явно намеревался отобрать бумажку силой.
— Кто бы спорил. Я всегда прав, — Сет хмыкнул.
— Но не всегда к месту, — встрял Тот.
— А это уже не тебе определять! — огрызнулся бог пустынь.
— Балаган, — вздохнул Ра.
— Ничего нового, — пожала плечами Бастет.
— Я первый завладел пророчеством, древняя магия привязывала его к пьедесталу. Однако Шайрен столкнула его оттуда и магия исчезла. Теперь оно мое, формально, — рассуждал Роказул, следя за каждым движением Анубиса. Тот извлек из складок своей одежды некий серп, который вполне подошел бы для сбора пшеницы на окрестных полях.
— А зачем оно тебе? — вновь послышался тихий голос Бастет.
— Мне оно не нужно, но нужно Шайрен, — демон кивнул на девушку, которая всеми силами старалась слиться с обстановкой. Получалось отвратно. — Однако она сказала, что еще не готова прочесть его, поэтому пока оно будет принадлежать мне. Я не позволю вам всем, причинить ей вред! — Роказул злобно покосился на Осириса.
— Вред? — Бастет встала и одарила Роказула взглядом зеленых кошачьих глаз.
— Именно. Многие из вас, хотят избавиться от Шайрен, — демон вновь недвусмысленно кивнул в сторону Осириса. — Так как некоторые знают части пророчества, — на этот раз кивок в сторону Анубиса. — Но ничего, я защищу ее. Ибо я дал клятву!
Роказул прошептал заклятие, и, стоило ему вновь коснуться Шайрен, как она почувствовала легкое головокружение. Ну вот, опять эти магические штучки, от которых голова кругом идет. Вокруг все смазалось, и последним, что увидела девушка, был Сет, приближавшийся к Анубису. Им явно стоило поговорить по душам.
Желание увидеть драку двух богов было сильным, но даже оно не могло одолеть магию демона.
***
Шайрен очнулась. Голова побаливала, как после легкого похмелья. Раскинув руки, она лежала на кровати у себя дома. Девушка не помнила, как она попала сюда. Воспоминания о круге божеств и фантазии о драке Сета с Анубисом обрывались, продолжение их успешно кануло в Лету. С трудом, Шайрен воскресила в памяти лишь обрывки своего минувшего сна.
Никогда бы она не призналась в этом, но ей приснилась девушка. Невероятной красоты, она была чем-то похожа на саму Шайрен. Но лишь отдаленно. Ее фарфоровая кожа да волосы цвета снега ни в какое сравнение не шли с внешностью истинной египтянки. Волшебницу в Шайрен выдавали лишь голубые глаза. Такие же, как и у гости изо сна.
Когда Шайрен окончательно проснулась, она услышала взволнованные голоса своих родителей, доносившиеся с первого этажа. Дом в принципе был спланирован так, что второй этаж в нем не был предусмотрен. Однако под комнату для Шайрен вполне успешно был переоборудован просторный чердак.
— От нее нет вестей. Все говорят, что она ушла в пустыню. Потом никто ее уже не видел. Прошли уже сутки… — доносился раздраженный голос отца девушки.
«Приемного отца», — мысленно пробубнела себе девушка, воскрешая в памяти образ голубоглазого демона.
— Нет! Я не могу поверить, она не могла потеряться в пустыне! — восклицала мать Шайрен.
На этот раз сама Шайрен удержалась от мысленных комментариев. И лишь закрыла лицо руками, проклиная демона, ангелов и всех богов в придачу. Она даже предположить не могла, сколько времени прошло с ее последнего посещения дома.
— Мама, папа! Я тут, — воскликнула Шайрен, и, в очередной раз потянувшись, упала с верхнего яруса своей кровати.
— Джабари, ты слышал это?..
Мужчина не счел целесообразным отвечать. Родители Шайрен бросились на второй этаж к комнате дочери. Дверь в комнату Шайрен распахнулась. Счастью родителей не было предела, они увидели свою дочь. Девушку тут же сжали в объятиях, даже не задав лишних вопросов о том, каким образом ей удалось выжить, и почему она вначале зашла к себе в комнату, а не в гостиную, как все нормальные люди. Сквозь ткань майки Шайрен и не чувствовала, как легко нагревался анх на ее шее.
Появление девушки стало настоящей сенсацией в доме. А ведь уже весь город считал ее погибшей. Девушка ушла в пустыню уже очень давно. Конечно, она могла найти оазис и выжить, на это все и надеялись. Однако из-за того, что всю ночь бушевала песчаная буря неведомой силы, люди считали Шайрен погибшей. В принципе ни одно живое существо не могло выжить в бушующем горячем песке, из-под которого периодически вырывались языки лавы, вмиг переменявшиеся холодными ветрами.
В общем буря была какая-то странная. Люди, живущие на окраинах города, рассказывали, что среди клубов пыли и песка иногда можно было разглядеть древние символы, выжженные на песке. Некоторые в страхе утверждали, что в песках появлялся зловещий знак похожий на скорпиона. Те, кто видел его, говорили: «Это был знак Роказула! Древний демон вернулся!».
