— Да, даши становится все больше, без контроля это становится опасным для других трех миров. Должен быть тот, кто будет нести на себе ответственность, — кивнул Хэнвэй Цюшань.
— И им будете Вы, — кивнул Ли Бэй Вэйж.
— Что ты, я никогда не претендовал на что-то подобное! — занервничал мужчина.
— Но только ты подходишь на эту роль, — согласился Юнь Гун Чжэнь, — ты сильнейший из существующих даши, мало кто осмелится бросить вызов. А если таковы будут, я проведу с ними воспитательную беседу, — будущий магистр довольно ударил кулаком в ладонь, — ты создал это, когда все вокруг насмехались, это только твое место.
— То божество сказал мне тоже самое, — задумчиво кивнул Хэнвэй.
— Божество? — вновь переспросил будущий магистр, — ты об этом так ничего и не рассказал.
— О, верно, — подобрался учитель, — ночью мне открылась истина, что существует так же верхний вне-мир. Там живет раса которую люди прозвали богами. На самом деле же это так же живые существа как мы и демоны, но их энергия от рождения в избытке, даруя им огромные возможности. Они не рождаются как люди, и их жизнь из-за энергии крайне долгая, поэтому их мало. Наши три мира тесно связаны, поэтому мы можем общаться, но божества предпочитают не спускаться к людям, а демоны ими пренебрегают. Между собой же эти две расы и вовсе злейшие враги.
— Откуда ты это знаешь? — Юнь Гун Чжэнь был вдохновлен.
— О вражде догадался. В нашем разговоре тот демон пренебрежительно высказался о том, что мы хотя бы усердные, в отличие от тех лентяев, которым все даровано от рождения. Тогда я не понимал о ком он, но теперь все стало ясно. А сегодня ночью ко мне явилось божество. Это был мужчина с темными глазами, прямо как у людей, но в них мерцала сила. Он выглядел не слишком разговорчивым и отрешенным, но заговорил первым. Он сказал, что боги обратили на нас внимание и готовы оказать поддержку. Но также вместе с тем как растет сила, должна и появится ответственность. И я должен взять ее на себя. Мне не хотелось отпускать его просто так, поэтому задал несколько вопросов, и он на них ответил. Так я узнал о них больше. Он стоял перед засохшим деревом, а на утро я увидел, что на том появились цветы.
— Ого, — пораженно ответил Юнь Гун Чжэнь, — как жаль, что меня не было!
— Разумеется не было, ты ведь снова куда-то ушел, — нахмурился Хэнвэй Цюшань.
— Хы, — Юнь Гун Чжэнь неловко отвел глаза, потирая шею, — ну, что было, то прошло!
***
— Четыре императора, — задумчиво произнес магистр, пока Гуй Син собирал его длинные волосы в высокий хвост, — в этом есть смысл.
— В чем есть? — поинтересовался Гуй Син, проводя деревянным гребнем по шелковым прядям.
Все то время, пока Юнь Гун Чжэнь придавался воспоминаниям, он не отвлекал его и помогал собраться в дорогу, ведь в этот день и они покидали императорский дворец. С того самого разговора Юнь Гун Чжэнь был погружен в свои мысли, решая головоломку, ведомую только ему. Гуй Син был готов помочь, но магистру определенно было необходимо побродить в своем внутреннем мире одному.
— Верно, — Юнь Гун Чжэнь поймал руку Гуй Сина, забирающую прядь волос с его шеи, и подтянул ее к себе, поворачиваясь к даши, — четыре императора. Верхнего вне-мира, нижнего, император людей и император даши. Я все думал, зачем ему был нужен даши нижнего вне-мира и нападение на императора людей. Он решил пошатнуть четыре мира.
— Четыре мира? Но зачем? — Гуй Син любовался магистром, ему требовались силы, чтобы отвлечь себя от прекрасных глаз, длинных ресниц, выделяющихся скул, и вернуться к сущности вопроса, ведь Юнь Гун Чжэнь наконец-то заговорил.
— Верно, мир даши он уже пошатнул. Новость о том, что появился даши нижнего вне-мира, внес большой разлад среди школ. Ты сам видел это на соревнованиях. Он рискнул авторитетом школы, но результат был определенно удачным. То, что этим даши оказался я, было скорее роком судьбы. Ему была нужна центральная фигура, которая бы злодействовала в глазах остальных. Ловушка для императора людей была готова заранее. Наверное, он на самом деле подозревал, что Зиану не хватит решительности, поэтому оставил этот меч, занесенный над головой императора Пенга, чтобы опустить его в нужный момент. Но принц Зиан обратился ко мне, к этому Ли Бей Вейж был не готов. Демонов же люди ненавидели всегда. Но как он решил пошатнуть мир демонов? Повесить на них все грехи? Это имеет смысл, ведь гордый нрав демонов не станет сносить подобную клевету. Они бы стали вмешиваться и тем самым бы угодили в ловушку, а попытка императора удержать демонов от этого привела бы к разладу. Яд ведь был взят именно от демонов. Он мог потом доказать это, и вина за всемирного злодея легла бы на императора демонов. А потом даши нижнего вне-мира пришел бы за отмщением, о котором не знают другие, и видели бы это как нападение на императора даши. Остался император небес?
— До небес сложно дотянутся. И божества крайне сильны.
