Что касается организованной преступности, то Чикаго для нее был тем же, чем Питтсбург для сталелитейной промышленности или Голливуд для киноиндустрии. Именно в Чикаго она достигла небывалых высот и обрела свой ореол романтичности. На похоронах гангстера по имени Энтони Д’Андреа, убитого в 1921 году, присутствовало восемь тысяч человек. Процессия растянулась на две с половиной мили. Среди почетных гостей, несших гроб, были двадцать один судья, девять адвокатов и главный прокурор штата Иллинойс.
Гангстеры в городе пользовались почти полной неприкосновенностью. Однажды в дом одного влиятельного лица по имени Пэтси Лолордо ворвались неизвестные, пристрелив его на диване и оставив отпечатки пальцев по всей комнате. Жена Лолордо знала их и сказала, что готова дать показания. Полицейские же, приехавшие на место преступления, с сожалением заявили, что не смогли собрать достаточно улик, и расследование убийства было закрыто. В 1927 году в штате Иллинойс ни одному гангстеру не был вынесен ни один обвинительный приговор.
В таком городе шеф полиции, Джордж Шиппи, мог выстрелить в совершенно невиновного человека, подошедшего к его крыльцу с пакетом в руке, и убить его, а потом заявить, что он показался ему подозрительным и похожим на еврея и террориста, который собирался взорвать бомбу. Выяснилось, что это был всего лишь посыльный, выполнявший свою работу, но Шиппи даже не предъявили обвинение.
Томпсон ушел в отставку в 1923 году, но его почитатели, опасаясь того, что Эмори Бакнер делал в Нью-Йорке – закрытия питейных и развлекательных учреждений на замок и тому подобного, – убедили Томпсона выдвинуть свою кандидатуру на новый срок в 1927 году. Выборы по меркам Чикаго прошли мирно: прогремело всего два взрыва и прошло две перестрелки, двоих сотрудников избирательной комиссии похитили и избили, и было замечено двенадцать случаев запугивания избирателей. Аль Капоне пожертвовал на избирательную кампанию Томпсона 260 тысяч долларов. Утверждается, что он или кто-то из его приспешников придумал лозунг «Голосуй рано, голосуй часто» и, похоже, многие воспользовались его советом. Согласно официальным подсчетам, в городе, где было официально зарегистрировано около миллиона избирателей, свои голоса отдали свыше миллиона.
Томпсон принимал участие в кампании с новой предвыборной платформой. Он обещал добиваться отмены Сухого закона, не допустить вхождения Америки в Лигу Наций и покончить с преступностью в Чикаго. Для выполнения первых двух обещаний у него не было полномочий; выполнять третье он и не собирался. Также по каким-то непонятным причинам он утверждал, что британский король Георг V собирается аннексировать Чикаго, и обещал в случае своего переизбрания «дать ему по морде». После переизбрания Томпсон первым делом поспешил удалить из школ и библиотек все «предательские сочинения». Он назначил владельца театра и бывшего расклейщика афиш Спорта Херманна ответственным за очистку государственных учреждений от работ, не являющихся «стопроцентно американскими». Херманн учредил организацию под названием «Лига патриотов», которая должна была решать, от каких книг следует избавляться, но впоследствии в ответ на настойчивые расспросы он признался, что не прочитал ни одной книги, которую его организация приговорила к сожжению – вполне вероятно, что он вообще не прочитал за всю жизнь ни одной книги. Он также признался, что не помнит имен тех, кто давал ему советы. Словно для того, чтобы не упустить ни одного шанса выставить себя на посмешище, Херманн заявил, что костер из книг должен будет зажечь палач округа Кука («cook» – «повар»,
Как ни странно, все эти действия пользовались достаточно широкой поддержкой. Владелец газеты «Геральд энд экзаминер», Уильям Рэндольф Херст, поддержал кампанию Томпсона и выразил надежду, что и другие города поспешат очистить свои библиотечные полки. Ку-клукс-клан, естественно, не остался в стороне и предложил провести еще одну кампанию по очищению города от книг, авторы которых симпатизируют евреям или католикам. Глава муниципальной справочной библиотеки заявил, что лично, по своей собственной инициативе, уничтожил все книги и памфлеты, показавшиеся ему сомнительными. «Теперь у меня первая полностью американская библиотека», – гордо утверждал он.
В такой обстановке Аль Капоне казался на удивление здравомыслящим и едва ли не добропорядочным человеком. Ему нравилось настаивать на том, что он всего лишь бизнесмен. «Я зарабатываю деньги, удовлетворяя общественный спрос», – сказал он на пресс-конференции 1927 года. (Примечателен сам факт, что Аль Капоне проводил пресс-конференции.) «Девяносто пять процентов населения округа Кука употребляют спиртные напитки и играют в азартные игры, и мое нарушение состоит лишь в том, что я предоставляю им возможность таких развлечений. Кто бы что ни говорил, мои напитки всегда были качественными, а игры честными». Пусть Аль Капоне и подходил к делу несколько с иной стороны, но его история – это одна из типичных для Америки «историй большого успеха».
