"Что же нам делать?" раздался новый голос, и, оглянувшись, я увидел изможденного человека в коричневой одежде, сидящего на обломке камня. Это был Тайбер Валерьев, выглядевший как человек, избитый ворами в переулках какого-то темного города. Он обнял себя за плечи, и я не сомневался, что в ту ночь он сам видел ужасы.
Когда я повернулся к нему лицом, в поле зрения попала остальная часть помещения. Большая его часть была разрушена, и раскрошившиеся блоки и глыбы зеленого камня усеивали разрушенный пол. В углах комнаты огромными кучами лежал песок, нанесенный непрекращающимся ветром. Здесь сгрудились около двух десятков мужчин и женщин - солдаты в домотканых плащах и пустынном камуфляже, рабочие из команды Валерьева. Одна женщина была одета в полосатую пижаму. Другой мужчина вообще был без рубашки, но сжимал плазменную винтовку так, словно это было одеяло.
"Вы не можете оставаться здесь", - сказал я. "В руинах находятся сьельсины". Я не стал добавлять, что на самом деле все гораздо хуже. Эти бедные люди были достаточно напуганы и без знания об Ушаре. "Уведите этих людей в пустыню, как можно дальше от лагеря. Уходите сейчас же!"
"Куда?" - спросила одна из женщин, вставая. "Автопарк сгорел! Они разбили наши флайеры! Наши споттеры!"
"Просто уходите!" почти закричал я. "Я пошлю кого-нибудь найти вас… после".
"Что вы собираетесь делать?" - спросил Тайбер Валерьев.
Я не сразу ответил. Снаружи доносились звуки выстрелов. Некоторые из защитников Гастона нашли врага - или были найдены им. Я прислушался, склонив голову набок.
"Что вы собираетесь делать?" - снова спросил Валерьев.
"То, ради чего я сюда пришел", - ответил я.
ГЛАВА 25
РАМАНТАНУ
"Что вы пришли сюда делать?" спросил Валерьев, повторив мои слова с неожиданной ядовитостью, которая меня поразила. "И что, скажите на милость, это такое, милорд?"
"Мне нужно вернуться на посадочную площадку", - заявил я. "Кассандра". Я повернулся, чтобы идти.
Рука сомкнулась на моем запястье, и, опустив взгляд, я увидел, что Валерьев схватил меня. На нем была засохшая кровь. Я задался вопросом, как она туда попала, какие ужасы пережил бедный доктор этой ночью.
"Что происходит?" потребовал Тайбер Валерьев, не отпуская меня. "Почему сьельсины здесь? Почему мы?"
Я положил свою свободную руку на его и мягко, но настойчиво попытался разжать его хватку. Он сжал свою еще крепче. "Чудовище, которое убило дезертиров", - пояснил я. "Чудовище, которое убило доктора Манна. Сьельсины поклоняются ему. Оно нужно им для войны. Мы здесь, чтобы убить его".
Глаза Валерьева стали жесткими, как стекло. "Почему нам не сказали?"
"Ты знаешь то, что знаешь о Вайарту, и тебе приходится спрашивать?" спросил я и разорвал его хватку. Доктор поморщился и разжал руку.
"Я ксенолог, Марло! Ученый!" - сказал он, делая шаг назад. "Я не солдат! Я не подписывался на это!"
"Я тоже, доктор!" взревел я, и именно шестьсот лет рева расплющили маленького человечка о стену. Я не хотел быть солдатом, не хотел терять друзей, семью… всех, кроме дочери. Я не хотел покидать Джадд. "Но мы все - пешки в большой игре. Мы можем двигаться только вперед. Для тебя движение вперед - это путь с этими людьми в пустыню. Ты выведешь этих людей на свободу! Ты понял?" Не дожидаясь ответа, я окинул взглядом людей в форме Гастона. "Кто из вас командует?"
"Я, сэр". Говорившая была суровой женщиной с короткими рыжими волосами.
"Что слышно о коменданте Гастоне?" спросил я. "Он потерялся?"
Она покачала головой. "Насколько я слышала, нет", - сказала она. "Связь плохая. Хуже не бывает. Последнее, что я слышала, это то, что его отвезли обратно на посадочную площадку. Слышала, что ваш коммандер мертв".
"Я им сказала", - вмешалась Кассандра.
"Если Гастон жив, он командует на земле", - сказал я.
"А если нет?" - спросила женщина, глядя на Валерьева.
"Полагаю, командование у меня, - сказал я, - я должен вернуться. На борту "Реи" есть оружие, предназначенное для уничтожения монстра".
Мужчина без рубашки вскочил на ноги. "Монстра?" - спросил он, побелев лицом. "Какого монстра?"
Я прикусил язык. Времени оставалось слишком мало. Я не мог знать, сколько пройдет времени, прежде чем Ушара вернет свое внимание ко мне, и что она будет делать, когда вернет.
"Бога", - сказал я и позволил словам прозвучать, как выстрелу.
Женщина в пижаме нервно засмеялась, но, когда я не ответил, она побледнела.
Валерьев сплюнул. "Бог? Вы считаете меня дураком?"
"Я и так потратил достаточно времени впустую", - отрезал я. "Кассандра, мы уходим!"
Рыжеволосая женщина встала на моем пути. "Я не могу отпустить вас одного, сэр".
