- Так. Три части мятной росы.
- Мята – это такая, с длинными листиками? – уточнила Балаболка. – У нее еще такие красивые цветочки фиолетовые с розовым оттенком.
- Да вроде да, - неуверенно кивнул Хитрец. – Видела такую?
- Угу. Сейчас принесу.
Балаболка с разбегу запрыгнула на подоконник и спрыгнула за окно.
- Одна мерка перетертой тануты.
- Есть такая, - отозвалась Лохмушка. – Вот только что видела. А, вот она. Сколько там?
- Одна мерка, - повторил Хитрец. – А вот чем мерить…
- Здесь есть, - отозвалась Лохмушка.
Перетертые листья тануты Кард Рыбовод хранил в маленькой деревянной коробочке, украшенной затейливой резьбой. На крышке то ли две русалки бились трезубцами, то ли усатый титан причесывал волосы. Толком и не разберешь. Под крышкой на медной держалке примостилась маленькая деревянная ложечка. Вероятно, мерная. Лохмушка зачерпнула ей перетертые листья, аккуратно смахнула обратно горку и всыпала их в варево. Запах стал резче, но чуть приятнее.
- Мы на верном пути! – довольно воскликнул Хитрец.
Тем временем Умник запустил насос. Вода быстро заполнила раковину, и хлынула через край. Умник перевернул кружку с отбитой ручкой, и поставил ее под поток.
- Эй, скоро?! – крикнул Толстяк. – Я уже устал!
Умник глянул в кружку. Набралась примерно половина. Насос по-прежнему работал на полную мощность, и вода лилась сплошным потоком.
- Сейчас! – откликнулся Умник.
На подоконник вспрыгнула Балаболка, бережно держа в лапках вырванную с корнем мяту.
- Вот, с росинками! – гордо крикнула она.
- Давай сюда!
Балаболка спрыгнула на пол, и побежала к печке. Вода заполнила кружку и полилась через край. Умник примерился, обхватил кружку лапками и поднял. Внутренние ощущения подсказали ему, что ташас вполне может ее унести. Только хват оказался неудачным, кружка закрывала весь обзор. С другой стороны, такой хват был наиболее удобен для удержания кружки.
- Эй! – замахал лапками Хитрец. – Тащи ее сюда.
- Я не вижу, куда идти!
- Иди на мой голос! – крикнул Хитрец.
Умник приподнял кружку еще чуть повыше, плеснул между делом себе воды на макушку, фыркнул и неуклюже зашагал, широко расставляя лапки.
- Идешь нормально, - порадовал его Хитрец. – Давай так прямо и шагай.
- Угу.
Сбоку на печь запрыгнула Балаболка, гордо протягивая свой трофей. Даже вырвав растение с корнем, ташаска постаралась сделать это аккуратно, не потревожив капельки росы на листочках. Хитрец тщательно пересчитал их. Четыре штуки. В рецепте было указано три. Хитрец решительно смахнул одну капельку прочь, а три других стряхнул в варево.
- А травку? – с надеждой спросила Балаболка.
Она старалась, добывала, а вклад оказался так мал. Хитрец в ответ пожал плечами, и протянул трофей Балаболки Толстяку. Красный ташас, не отвлекаясь от размешивания жижи, отгрыз листик, прожевал и довольно кивнул.
- Ничего так, - сказал он. – Пойдет.
- Ну, для вкуса, - согласился Хитрец, и бросил мяту в варево.
Толстяк замешал ее поглубже, чтоб лучше пропиталось. Умник подошел с кружкой воды и чуть было не грохнул ее о камень.
- Стой! – взвизгнула Лохмушка.
Умник вздрогнул, облил себя водой, вздрогнул вторично и замер.
- Чего? – опасливо спросил он, силясь выглянуть из-за кружки.
У него это не получалось. Сверху спрыгнул Хитрец, и помог ему опустить кружку на пол. Умник посмотрел на камень, все понял сам и вздохнул.
- Ну хоть что-то у нас получилось, как надо, - проворчала Лохмушка.
- Ты умница, - похвалил ее Хитрец. – Толстяк, прыгай сюда, надо воду поднять.
- Ну наконец-то. На, подержи.
Толстяк сунул поварешку в лапки Лохмушке и спрыгнул вниз, чуть было не опрокинув при этом кружку. Умник очень удачно облокотился на нее, и это предотвратило трагедию.
- Как ее? – спросил Толстяк.
- Главное – не разлив, - ответил Хитрец. – Идеи есть?
- Ну, если возьмемся вдвоем, и разом прыгнем…
- Давай, - кивнул Хитрец. – На счет три. Умник, считай.
Они с Толстяком крепко вцепились в кружку.
- Раз, два, три, - сказал Умник.
Два ташаса и кружка между ними воспарили вверх. Приземлились на край печи, и выплеснули чуть ли не половину содержимого. К счастью, большая часть попала прямиком в кастрюлю. Остальная вода разлилась по разогретой металлической плите, зашипела и мигом превратилась в пар. Лохмушка пискнула, подскочила вверх и повисла на трубе. Балаболка отшатнулась, всплеснула лапками и навернулась с печи на пол. Приземлилась она на лапки, и сердито пискнула.
- Все нормально, - заявил Хитрец. – Все нормально. Толстяк, теперь аккуратно выливаем остаток в кастрюлю.
Они дружно подняли кружку, и опрокинули ее в кастрюлю. Там смачно чавкнуло. Толстяк ухватился за низ кружки, и еле выдернул ее обратно. Жижа еще раз чавкнула, на этот раз разочаровано, и гнусно забулькала. Хитрец осторожно заглянул в кастрюлю. Вроде, стало пожиже.
- Надо бы еще разок помешать, и все, - сказал он. – Лохмушка, отдай поварешку.
- Лови.
Поварешка шмякнулась на плиту, и зашипела, распространяя мерзкое зловоние. Хитрец торопливо поднял ее.
- А поточнее ты сбросить не могла? – фыркнул он.
- На тебя, что ли?
