Музей был пуст в поздний час, и принц свободно перешагнул через ограждение, приблизившись к заветному старинному дубовому ящику.
С трепетом в груди, он опустил руку и вытащил свернутый папирусом лист бумаги и сунул в карман, после чего опустил флэш–память и закрыл крышку.
Пробил уже двенадцатый час. Эр бродил по мрачным помещениям, не спеша, рассматривая картины, вдыхая совершенно разные запахи красок, заполнявшие все пространство длинного коридора, он беглым взглядом переходил от одного портрета на другой, от пейзажа на натюрморт, пока его внимания не привлек один необычный портрет женщины под витриной.
Эр не мог описать её словами, таких слов потребовалась бы не одна тысяча, картина вызывала противоречивые чувства и захватывала внимание наблюдателя.
Необычные краски наполняли её контуры лица, такой образ Эр ни разу не встречал в своей жизни. Его затянуло созерцание, без каких-либо мыслей. Затем Эр вспомнил о папирусе, достал его из кармана и развернул, но не успел прочесть, как вдали коридора послышался женский голос.
– А вот ты где! Я тебя по всему городу ищу! – кричала ему возмущенно Саша, она запыхалась от ходьбы.
Эр быстро и незаметно убрал в карман записку.
– Что ты здесь делаешь? – она подошла к нему вплотную.
– Не мог устоять и не зайти, полюбоваться творчеством доисторических людей, – он наигранно улыбнулся, изображая радость встречи.
– Они не совсем уж и доисторические, – девушка улыбнулась, – одна из самых загадочных картин, на мой взгляд – Саша подошла ближе к портрету и пристально всмотрелась в неё. Эр подождав, вывел её из оцепенения.
– Я кое-что нашла в архиве! Эр, ты не поверишь! И кстати, я видела, что ты что-то прячешь в кармане, ты что-то своровал, – Саша застенчиво отвела взгляд, став непринужденно уверенно перешагивать от полотна к полотну.
– Ты что-то украл? Да? Но я никому не скажу! Обещаю! Честно сказать, безумные поступки меня возбуждают…
Принц растерялся, и не ответил, а Саша меж этим подхватила инициативу.
– Артефакты, поднятые вместе с обелиском, хранились именно здесь, в этом потрясающем сооружении. Молот, серп, и лезвие, представляли меньшую ценность для ученых, нежели многотонная каменная колона с иероглифами, и скрижаль, дискообразная ювелирная книга, на крышке которой изображен обряд возрождения, включающий в себя обряд смерти и воскрешения. Но эти инструменты – лишь атрибутика, ещё более древняя, чем сама технология поднятия из мертвых.
– Ты хочешь сказать, что артефакты и обелиск не имеют больше той, мистической силы, которую имели раньше?
– Именно, твой клан задумал воскресить себя в новом обличье, более сильном и приближенным к идеалу. Император с твоей матерью хотят обрести тела синтетики! Для этого им не нужен обелиск, им нужны новые технологии создания органических соединений и тканей.
– И все наши поиски артефактов сводятся к лишь историческому аспекту? – спросил Эр.
– Да, но расшифровка иероглифов сможет нам дать пару ответов. Эр, дай угадать, ты занимаешься сейчас именно этим? – заинтересованно спросила она, и продолжила, – доверься мне, вместе у нас получится лучше, чем поодиночке. Скажи мне, с кем ты ведёшь диалог? С тем типом?
– Ну что же, придётся ей сказать, рано или поздно я все же вызвал бы подозрения, жаль только, что я так сразу попался, – подумал Эр, и вытащил загадочный папирус.
– Честно сказать, я не знаю, что на нём – защитился от грубого любопытства принц.
Саша подошла ближе, взяла из застывших рук Эра лист, развернула и сказала:
– Оу! Да тут, какие-то числа!
Эр всмотрелся в числа, и понял в них порядок времени получения ответа и адрес ветви архива, но соврав Саше, сказал:
– Ничего не понимаю!
– Тот странный тип имеет к этому отношение Эр? Ему бы следовало оставлять послания более простым языком! – и, выдержав паузу, спросила, – кто он?
– Какой-то врач, или доктор, я ничего о нём не знаю… Практически ничего.
–Хорошо, уйдем отсюда, мне не по себе от этого мрачного коридора.
Эр был только рад тому, что разговор закончился, и, выйдя из музея, они направились к дому Саши.
Первым делом, что сделал Эр, после того как Саша уснула – это открыл нужный адрес, вбив его с папируса, который небрежно смял и выкинул в мусорку.
Эр бесшумно встал с постели, надел шелковый халат и открыл поисковик, внеся украденный пароль. Он боялся разбудить девушку, и навлечь на себя ещё большее подозрение в связях с загадочными людьми.
Ночью его снова мучили кошмары, на которые он и хотел сослаться в случае своего обнаружения за работой в тайне.
Но Эр не мог видеть, как из спальни за ним наблюдают.
Он открыл страничку, и обнаружил на ней статью о строительстве стены.
На самом деле, как считал Эр, Символ Самодостаточности Золотого Человечества, никакой и не символ, а способ огородить себя от внешнего воздействия, тогда ещё бурлившей вокруг агрессивной среды обитания вымершего вида человека.
Исполненная из особого органического стекла, стена была надежной и непробиваемой защитой, но, уязвимой изнутри.
