Эр нащупал сбоку выключатель и нажал, но свет не включился. Темнота и тишина.
– Кто-то прячется от меня… это первый этаж, и всего! – яркая вспышка ослепила его, вонзившись словно клыками в его мозг, Эр закричал от боли. Когда глаза привыкли, он вошел в комнату – она оказалась пуста. Паранойя, или разыгралось воображение?
– Пусто! Померещилось… Неужели у меня начались галлюцинации? – Эр смахнул капли пота со лба.
Никогда ещё не бывал он в подобных учреждениях, всё его образование – нескончаемая величина накопленного опыта, куча прочитанных книг, лекций, технической информации, математических расчетов, и часы просиженные за программами. Никто бы не сказал, что наследник был неграмотен без какой-либо корочки от института, напротив, его эрудированность во многих вопросах поражала, но всерьез его не воспринимали, и относились к нему, как к психически нездоровому элементу общества, он ведь был болен, но образование императорской семьи не обсуждалось, оно было вне земного закона и никаких подтверждений не требовало, Эр был гением и всё на этом. И теперь болезнь проявлялась с большей силой, сводя его с ума.
Эр не старался идти на поводу у родителей, родственных связей после воскрешения он не почувствовал, как и все вокруг, он был совершенно нормален. Родственных связей не было и в помине, только принадлежность к расе белых кристаллов. Он чувствовал лишь непреодолимое желание докопаться до истины и обрести долгожданную память о прошлой жизни. Находиться в неведении, как все вокруг, он не мог, и болезнь, скорая кончина, или безумие подталкивали его к новому, запретному плоду.
Наконец-то он нашел нужный номер. Помещение отличалось особой праздностью и сдержанностью, в нем не было предметов былой роскоши. Ничего такого, что могло отвлечь от собственных мыслей, только рабочий кабинет, рабочая обстановка, как в былые времена, когда он проектировал "Андромеду".
Огромная лаборатория располагалась в левом крыле. Люди посещали её больше ради удовольствия что-нибудь создать, нежели в целях обучения. Большая часть населения только веселилась, танцевала, и ловила кайф, только малой части было дело до науки. Эта часть совместно с мегакомпьютерами творила науку и относилась к властной элите, у которой был доступ к подобным вещам.
В терминале можно было заказать любую деталь из техносферы, или склада, на мощном компьютере проектировать любое изделие, любой формы, любой технический заказ. Сама аудитория служила для оттачивания имеющихся ресурсов, имелся довольно вместительный лифт и огромный стеллаж, с автоматизированными захватами, напоминающие руки хирургов. Рядами стояли шкафы с инструментами и станками различного предназначения, а крыша открывалась нажатием кнопки, под ней чернели кран-балки. И всем этим манипулировал человек, через механические руки, роботов.
Принц сразу же принялся за дело, он открыл нужную инженерную программу и попытался найти чертежи подобных устройств, но таковы держались под кодом в главном архиве института. Тогда, не теряя надежды, Эр за несколько часов создал план проекта и список необходимых деталей, схемы и чертежи, он работал так усердно и сосредоточенно, что не заметил, как наступила ночь.
Институт являлся еще и архивом знаний, другой его корпус с несколько этажей вмешал в себя серверы с хранилищами информации, которые подключались механически через затворы, так экономилось место и энергия, а также хранились секретные материалы, к которым невозможно было получить доступ из-за их оффлайна. Все знания людей и золотого человечества были сконцентрированы в одном месте, за исключением резервного хранилища в недрах "Техносферы".
Работа его измотала. Эр отвык от таких вещей, прошли времена, когда он сутками зависал над проектами, сейчас все было построено и всем фактически занималась "Техносфера" и ее сверхкомпьютеры с искусственным разумом.
На экране открылось окно, в котором показалось лицо Императора.
Эр растерялся, но не подал виду, решив не питать отца почвой для обсуждения на совещании по безопасности.
– Где тебя носит? – закричал Император, – тебя и след простыл, хотелось бы услышать несколько слов в твое оправдание, сын!
–Мне не в чем оправдываться, я лишь хочу прожить оставшиеся часы чем-нибудь занятым, и в покое, – спокойно ответил Эр, – после того, как я провалил задание и чуть не погиб, мне хотелось бы пожить свободно.
Император выдержал паузу, и произнес величественным тоном:
– Будет так, но если ваша персона соизволит вернуться на корабль, под наблюдение лучших врачей и ученых, пусть сообщит перед этим мне лично! Горе инженер…
– Да, мой Лорд, – согласился Эр, и экран погас.
– Уф, пока ещё не нашли мои следы в архиве, повезло, – перевел дух Эр, и решив никуда не идти, уснул за столом от усталости.
Эра разбудила головная боль и голод, он заказал себе завтрак. Обедал и ужинал, а также спал принц в рабочем кабинете. Так шли дни и летело время, его Эр не ощущал. Может быть Эр и протянул еще несколько месяцев, но принц знал, что их наверняка у него нет.
