– Эй, да это же ты! Никола? – обрадовался патрульный, – какими судьбами? Давно не заходил! Где тебя черти носили?
– И сам не знаю где! Значит, на то причины есть, что зря в эту дыру не суюсь. Пропустишь нас? Сам-то как?
– На службе, подработки беру, чтобы хоть кроху урвать лишнюю. Не спокойно нынче, в городе возрастает напряжение и недовольство.
– Будь бдителен, здесь неподалеку ходит вооруженный отряд головорезов, я не шучу!
– Да хватит меня пугать! – он пожал Николе руку, в знак приветствуя, но увидев вблизи грязное тело Николы, поморщился и отбросил руку в сторону.
– Я не шучу, человек двадцать, лучше доложи руководству, посмотри на этих женщин, у нас теперь серьезные проблемы брат! Моего дома больше нет! Нам помощь нужна!
– Как нет? – растерялся дозорный, – что случилось?
– Его сожгли, а из тел погибших построили пирамиду! – руки Николы тряслись от волнения.
– Давай-ка быстрее в цитадель, и мы за тобой! – караул собрал вещи и отправился сопровождать отряд беженцев.
– У нас у самих дела не сладкие, недавно остановили работу разбраковки, сослались на отсутствие заказов. Но, всегда же были заказы, а сейчас нет!? Я очень сожалею Никола, мне правда жаль, что наших союзников больше нет, спокойный городок был… маленький. А я поначалу о твоей лачуге подумал, о ней! А ты про город!
– Ничего не поделаешь, не наша вина! Я сам выжил чудом, ты можешь поднять охрану по тревоге?
– Могу, я же командир смены, а зачем?
– Чувствуется мне, скоро на город нападут.
– Стены не преступны, можешь не беспокоиться, – дозорный поверил свой автомат, скинул его на плечо и навел на Николу.
–Ты что задумал? А? Привел сюда врагов, и хочешь укрыться у нас? Как у себя дома? Где гарантии, что ты не заодно с ними? Давай-ка разворачивайся и уходи! Им нужен ты, разве ты меня идиотом считаешь? Думал, я не догадаюсь?
– Оу, неужели стрелять будешь?! Успокойся, мы уже уходим, правда, красавицы? – растерянные женщины попятились назад, сбившись в кучу.
– И забирай своих проституток! – выкрикнул он, проваливайте на…
Раздался выстрел, и череп дозорного раскололся, выплюнув содержимое, из-за холма послышались дикие крики головорезов, второй дозорный, растерявшись бросился к цитадели, но, не успев пробежать и метра, был убит точным выстрелом в затылок.
Никола спрыгнул в канаву, куда последовали испуганные женщины, открыв подземный вход в канализацию отмычкой, спрятанной в барахле, также быстро закрыл его. Он знал этот вход хорошо, когда не получалось войти в цитадель, он проникал в неё словно призрак через стены.
– Повезло! Уносим ноги!
Вниз попрыгали дикари, они попытались вырвать стальную решетку, но ничего не получилось. Тогда они прострелили замок, и несколько человек с криками продолжили погоню, оставив своих сородичей наверху, охранять вход. Они были ужасны, их шрамированные спины, разрисованные лица наводили ужас на Николу, бросая в дрожь от одной мысли, что такой гад схватит его своими бледными руками.
– Берите их живыми! – выкрикнул вожак, довольно потирая руки, перед скорым лакомством и женщинами.
В отличие от бандитов, Никола шел по туннелям на память, а не вслепую, что помогало ему ориентироваться в полумраке.
Преследователи разделились по трем направлениям, и по случайности, вслед за Николой отправился один дикарь, который тяжело дышал и сильно шумел, привлекая к себе острое внимание Николы.
Он услышал его шаги позади и выключил фонарь. Туннель озарился тусклым светом факела.
– Лезьте под трубы! – шепнул женщинам Никола, и им пришлось лечь в грязь и сырость, терпеть присутствие голодных крыс.
Сам же Никола достал отмычку и крепко сжал ее, спрятавшись за небольшим углублением в стене с вертикальной трубой.
Когда дикарь приблизился, Ник молниеносным ударом в живот вывел его из равновесия, и откинул автомат в сторону, раздались оглушительные выстрелы, горячий пар ударил в лицо охотника.
Острая отмычка блеснула по глазам, и дикарь с криками свалился на пол, истекая кровью.
– Урод! Зачем ты сюда пришел? – закричал на него Никола, и принялся снимать автомат, в котором оставалось ещё три патрона, – теперь лежи и думай!
Бандит грубо выругался, далеко посылая Николу, который, прихватив спутниц, уже убегал в сторону выхода в город.
Скользкая лестница вела вверх, тяжелый люк закрывал небо.
Никола с трудом откинул его в сторону, вылез и подал руку. Оставалось поднять последнюю женщину, которая ждала своей очереди, как вдруг чья-то рука схватила её за волосы и увлекла в темноту, без единого крика немой.
– Черт бы вас побрал, нелюди! – закричал Никола и закрыл люк, притащив на него стоящий рядом тяжелый металлический ржавый ящик, – пропала! Прямо из рук вырвали!
– Теперь мы в городе, – с облегчением вздохнул он, когда успокоился, – я не могу вернуться! Это самоубийство, я сожалею! Идемте…
Убегающие спрятались в пустой захламленной хижине, поглядывая в окна и щели. На улице слышалась стрельба, видимо, головорезы проникли в город через другой вход.
