– Ты такой горячий. Какое у тебя потрясающее тело. Какой ты сладкий. – Когда я отрываю взгляд от его члена, он вскидывает бровь, и я добавляю: – Думаю, слова, которые ты ищешь, – это «спасибо, детка».
С ухмылкой он стягивает боксеры, явно не стесняясь своего тела:
– Нравится, когда я называю тебя деткой?
Я поджимаю губы, глядя на него. Чертовски нравится. Большую часть времени для меня это звучит приторно и пошловато, но когда он рычит и добавляет что-то грязное?
– Да. Нравится.
Он обходит меня, и я поворачиваюсь, чтобы полюбоваться его округлой мускулистой задницей – в джинсах она смотрится иначе. Каждая клеточка его тела излучает силу, и это не та сила, которую приобретаешь от долгих часов в спортзале. Его мышцы настоящие, плотные и твердые, но не слишком рельефные.
Его тело, кожа, морщинки вокруг глаз… все это доказательство многих часов тяжелой работы. И я не уверена, что когда-нибудь находила что-то более привлекательное, чем мужчина, который тяжело работает.
Он садится на кровать, облокачивается о спинку, выпятив грудь и вытянув перед собой длинные ноги, как король.
Кулаком он обхватывает толстый член и несколько раз подергивает. Как завороженная, я наблюдаю за ним, облизывая губы. Думаю, я бы с удовольствием понаблюдала, как он вот так кончает.
Его глаза загораются, когда он перехватывает мой взгляд:
– Детка, иди сюда и оседлай мой член.
Ему не нужно просить дважды. Я поворачиваюсь и ползу по кровати, затем провожу рукой по редким волосам на его груди, перекидываю через него ногу и сажусь сверху, а его руки ложатся мне на бедра. Я ощущаю стальную длину его члена, упирающегося в мою голую задницу. Он скользит по мне, когда я начинаю двигать бедрами и покачиваться.
Кейд хватает меня за подбородок и быстро целует в губы.
– Если ты хочешь, чтобы я трахнул тебя в задницу, тебе нужно только попросить.
Я упираюсь руками ему в грудь, пальцы сжимаются от его грубых слов:
– Наверное, ты заставишь меня умолять об этом.
Он смеется, глубоко и раскатисто. И под ладонями я ощущаю вибрацию. Мужчина, который так долго избегал смеяться в моем присутствии, теперь хохочет.
Его улыбка – выстрел прямо в сердце.
– Наверное, – легко отвечает он, прежде чем снова поцеловать меня. – А теперь насаживайся на член. Я хочу посмотреть на тебя.
– Господи Иисусе, Итон. Я теперь буду постоянно краснеть, после того как разденусь перед тобой. – Я завожу руку за спину и провожу ладонью по всей длине его члена, чувствуя, какая я мокрая, пока сижу у него на животе с широко разведенными ногами.
Он с шумом выдыхает, большими пальцами поглаживая серебряные штанги в моих сосках. По тому, как он постанывает, я понимаю, что ему нравится. Очень.
– Это по мне, Ред. Ты бы видела, как мило ты выглядишь с розовыми щечками. С идеальной грудью. Если ты не начнешь, я кончу на спину, а не в тебя.
– Черт. – Я провожу языком по нижней губе, затем, слегка прикусывая ее, становлюсь на колени.
Одной рукой опираясь на его круглое плечо, я опускаюсь, обхватывая пальцами пульсирующий член, а когда прижимаю его головку к своему входу, мы стонем в унисон.
В этот момент все кажется неотвратимым. Предвкушать почти так же приятно, как наслаждаться моментом. Я чувствую головку, немного вошедшую в меня. Он заполнит меня всю, поэтому, прежде чем сесть на него полностью, я провожу им по влажной киске и прижимаю к ноющему клитору.
– Господи, Ред. Ты пытаешься меня убить?
– Нет. Пытаюсь убедиться, что он поместится. – Я опускаю глаза, наблюдая за тем, как блестит член.
– Детка, будет в самый раз. Ты создана для меня.
Я кидаю на него взгляд, и в этот момент его бедра приподнимаются. Он входит в меня как раз в ту секунду, когда я опускаюсь на него. Я отчаянно хватаюсь за его предплечья. Ощущение наполненности и незнание, как реагировать на его слова, заставляют меня опустить глаза, и мы наблюдаем, как мое тело растягивается, чтобы принять его.
– Посмотри на себя, Уилла. Ты так хорошо приняла меня, – выдавливает он, его голос звучит напряженно и хрипло.
Я стону, чувствуя пульсацию наших тел. Кожа к коже. Ладонями я скольжу к его плечам, опускаюсь на пару сантиметров, после чего охватываю его во всю длину.
Кейд приподнимается, чтобы запечатлеть поцелуй между грудями, его руки скользят по моему телу, обхватывая округлую задницу.
– Черт, я будто в раю. Так горячо и туго. Только для меня.
Я ненавижу это. Ненавижу за него. Поэтому качаю бедрами, прижимаюсь его к груди и говорю:
– Только для тебя.
Ногти скользят по его плечам, вниз по сильной спине. Я снова прикусываю его мочку и прижимаюсь щекой к щетине. Мне нравится ощущать, как она скользит по моей коже в идеальном сочетании с грубыми подушечками его пальцев.
Я поднимаюсь и опускаюсь, принимая его во всю длину за раз и шипя ему в щеку от легкого жжения.
– Только для тебя, – тихо произношу я.
