Не стоило этого говорить, но нельзя просто взять и засунуть слова обратно в глотку. А жаль. Хочется сквозь землю провалиться, лишь бы не видеть медленно темнеющего взгляда Грегора и не чувствовать, как ослабевает его хватка. Но лишь на секунду, потому что уже в следующее мгновение он одним движением притягивает меня к себе.
От него неуловимо пахнет табаком и дорогой кожей. Кажется, будто сегодня почти нет сандала, но в запахах я разбираюсь так себе. Мне просто нравится аромат Грегора. Слишком уж тот ему подходит.
– И зачем, muñequita, я бы потащил сюда Анжелику? – произносит Грегор вкрадчиво, едва не шепчет мне на ухо. Горячее дыхание обжигает кожу, и вдоль позвоночника бегут знакомые мурашки. – Чтобы мы с ней цивильно посидели, обсудили работу и разошлись по домам?
– Твою мать, босс, не строй из себя святого! Вы же точно спали, об этом все знают.
– Предлагаешь мне пригласить всех, кто побывал в моей постели? – Он криво усмехается, и в голосе не слышно раздражения или недовольства, только странное, неуместное веселье. – Я ведь уже сказал, что оргия – твоя фантазия, а не моя. Я предпочитаю встречи один на один. И не с коллегами с привилегиями вроде Анжелики. К тому же она не в моем вкусе, так что пусть с ней и дальше возится Кейн. Они друг друга стоят.
Никакие коллеги так не делают, сколько бы у них ни было привилегий.
– А еще, muñequita, как бы тебя ни пожирала ревность, Анжелика мне не интересна. – Грегор проводит языком по коже у меня за ухом и шепчет уже совсем другим голосом: – В отличие от тебя.
И он целует меня, бесцеремонно сдвинув в сторону воротник. Прихватывает зубами еще не сошедшие синяки, заставляя едва заметно вздрагивать от легкой боли, и тут же оглаживает их языком. Его будто и не заботит, сколько вокруг бродит незнакомых людей, а то и знакомых – Грегор здесь явно не в первый раз, я сама слышала, как здоровались с ним официанты, – да и мне совсем скоро будет не до того.
Низ живота предательски сводит от возбуждения, и тот факт, что за нами может смотреть кто угодно, заводит лишь сильнее. И кажется, будто я чувствую чужие взгляды кожей – вот за нами подглядывает из-за угла какой-то парень, а вот оборачивается та самая девушка в латексе. Улыбается и идет дальше, словно ничего необычного не происходит.
Любовь на подобных вечеринках в порядке вещей. Не говоря уже о сексе.
– А нельзя выражать свой интерес в более уединенных местах? – сбивчиво шепчу я, пытаясь отодвинуться, но Грегор не дает вырваться из его тесных объятий ни на секунду. Скользит ладонями по талии и бедрам, поддевает пальцами тонкую ткань платья, а в его глазах – в этих удивительных глазах – пляшут черти.
– Думаешь, я трахну тебя прямо на этом диване? – выдыхает он мне прямо в губы, криво ухмыляясь. – Нет, muñequita, для этого в клубе есть пара отдельных комнат. И мы пришли сюда только ради них.
А я-то думала, что выпить и расслабиться, только вот бокал шампанского до сих пор стоит на столике у дивана не тронутый, а на закуски я внимания не обратила. Теперь не обращу и подавно, потому что все мысли в один момент сомкнулись на Грегоре: на грубоватой линии челюсти, на голодном взгляде и длинных пальцах.
В другой жизни он мог бы стать пианистом или художником. Но и там мне захотелось бы, чтобы он вытворял этими пальцами невообразимые вещи. Касался меня везде, обжигая кожу, или доводил до исступления, как в прошлый раз.
Я сглатываю, едва почувствовав, как нарастает возбуждение. Твою мать, здесь что, афродизиаки в воздухе распыляют? Или виагру в воду подмешивают? Все было в порядке, когда мы пришли. Я же намеревалась единственный вечер в жизни провести культурно, а не мечтать, когда наконец ноги раздвину!
– Плеткой будешь меня хлестать? – глупая шутка срывается с языка раньше, чем я успеваю остановиться. Ну и черт с ней, Грегор наверняка уже привык.
– Нет, даже если будешь умолять. Просто устрою тебе незабываемый вечер. – Он отрывается от меня, поднимается с дивана и протягивает руку. – Таких у тебя точно не бывало, muñequita.
– Мне придумать стоп-слово, босс?
– Никакое стоп-слово тебе не поможет.
Мне в этой жизни уже ничего не поможет, но все-таки я послушно следую за Грегором вглубь зала. Оборачиваюсь на мгновение, едва почувствовав на себе взгляд, однако никого не замечаю – только силуэт долговязого парня в капюшоне. Того самого, что пялился на нас из-за угла минут пять назад. Может, развлекается так, поди угадай, у кого в этом клубе какие фетиши.
