Я оторопело моргнула и вытаращилась на пресс, это был первый раз, когда я видела его без одежды.
Джеймс тем временем подошел ко мне, чмокнул в губы и мило пробормотал:
— Доброе утро, солнышко.
— Че?! — ошеломленно посмотрела ему в глаза.
— Ничего не помнишь? — фыркнул он.
— А ничего и не было! — запаниковала я.
— Докажи, — ответил он и победно улыбнулся. Видимо, потому что прошлым утром это же сказала ему я.
— Точно не было! Я другого люблю, — я как всегда брякнула первое, что пришло в голову.
В глазах у Джеймса блеснули яростные огоньки, и я поняла, что надо делать ноги. Со всех сил рванула к выходу из комнаты, выбежала в коридор и успела захлопнуть двери прямо у него перед носом.
В этот же миг в двери начали яростно лупить и я услышала полный гнева голос:
— КТО ОН? ОТВЕЧАЙ! Это Кай? Я его убью!
Боже, Господи, я попала в дурдом, что случилось этой ночью такого, что он теперь готов убить ради меня человека? Было же все спокойно, нет, нужно было найти на свою жопу приключений и взяться доказывать кому-то, что этот идиот хороший. На кой-фиг мне нужно было влюблять в себя злодея?
В следующий момент мне пришлось отскочить от двери, потому что она вылетела из проема и предо мной предстал разъяренный Годзилла, ой, то есть Джеймс.
«Эх, была не была, попытка — не пытка» — подумала я и снова со всей силой своей актерской игры шлепнулась в обморок.
Приличное время не происходило вообще ничего, но спустя некоторое время, когда Джеймс успокоился, он поднял меня на руки и понес в комнату уложив на кровати. Видимо, поверил.
А я боялась даже дышать, было страшно, но черт, такое отношение мне льстило. Вот что значила его холодность с самого начала… Значила то, что он просто умело сдерживает свои чувства, но когда открывается человеку, то ему сносит крышу и он показывает все то, что не показал до этого, ну, я, в смысле, о чувствах. И это все из-за той речи в детстве? Боже, да я испортила ему жизнь.
— Я знаю, что ты в сознании, — раздалось прямо у моего уха и я резко подскочила на кровати, случайно залепив ногой Джеймсу по лицу.
— Ой, прости, — я стремительно села и посмотрела на него, — ты в порядке?
Он убрал руку с носа и расхохотался.
— Это мне в наказание за выбитую дверь?
— Хорошая отмазка, — я тоже хихикнула.
— Ты сама виновата, не нужно было мне говорить, что у тебя кто-то есть, — Джеймс нахмурился.
— Нету у меня никого, это я просто с дуру сморозила, — я невинно похлопала глазками.
— Правда? — он ухмыльнулся и в его глазах снова начали плясать чертики.
— Нет, — я начала хохотать.
— Элли! — рявкнул он и повалил меня обратно на кровать, нависнув сверху.
А я снова испугалась, когда он потихонечку начал наклоняться к моим губам. Резко отвернув голову, я произнесла:
— Может все-таки объяснишь что произошло вчерашним вечером и этой ночью?
Он быстро отстранился, вздохнул и холодным тоном произнес:
— Идем на кухню, я все расскажу.
========== Признание ==========
А на кухне повисло молчание. Я прямо чувствовала, как работают шестеренки в мозгу Джеймса, как он пытается придумать оправдание. Но в конце-концов ничего не получилось, потому что он с тяжелым вздохом плюхнулся на стул и ошарашил меня своим вопросом:
— Ты та самая Элли из моего детства?
— Таак, с чего ты это взял? — спросила я елейным тоном, пытаясь скрыть дрожь в голосе, и села на стул рядом с ним.
— Подозрения мои начались с того, что я обнаружил тот камешек лежащим не на своем месте, — ответил он смотря мне в глаза, которые я старательно пыталась отвести.
— Ну и что, может сам переложил? — я раздражилась.
— А то, — он хмыкнул, — что под кровать я его точно не мог переложить.
— Так ты все тогда видел?! — в который раз за сегодня изумилась я, но быстро взяла себя в руки. — Это еще ничего не значит!
— Это может и не значит, — подмигнул Джеймс, — а вот то, что ты мне рассказала вчерашним вечером — очень даже значит.
Улыбка Джеймса все больше растягивалась по мере того, как мои глаза округлялись. Что я ему рассказала? Боже, что я рассказала? Паникапаника.
Глаза начали бегать по помещению ища пути отступления, но в связи с сегодняшним утром, умудренный опытом мужчина предотвратил всякие попытки бегства положив свою руку мне на коленку.
— Даже и не пытайся, — промурлыкал он.
Я нахмурилась, попыталась убрать руку с колена, но не смогла даже на миллиметр ее сдвинуть, будто приклеилась. Я зло зыркнула на хохочущего Джеймса. Чего-то он в последнее время слишком веселый. Давно ногой не получал?
— Выкладывай давай! — я скрестила руки, — что я вчера тебе наплела?
— Не наплела, а правду сказала, — он откинулся на спинку стульчика и скрестил руки за головой. Вот же ж хитрожопый, точно чувствовал себя хозяином ситуации.
