– Абдулла Мустафа, – повторила Анника. – Он должен работать за каким-то из этих прилавков…
Мужчина покачал головой.
– Может, огурцы? – спросил он. – У нас сегодня прекрасные огурцы.
Вероятно, он не знал, кто из них Абдулла Мустафа, или не хотел ей рассказывать. Анника пошла дальше к следующему прилавку.
– Привет, извини, я ищу одного человека, – сказала она, – Абдуллу Мустафу…
– Не знаю, – ответил торговец прилавка номер два и повернулся к ней спиной.
Вальтер взял Аннику за руку и оттащил назад.
– Как думаешь, может, мне попробовать? Они, пожалуй, легче пойдут на разговор с кем-то похожим на них.
Он поднял воротник, защищаясь от ветра. Анника удивленно заморгала:
– О чем ты?
Практикант пожал плечами:
– Ну, я вроде тоже черный.
– Эти парни, по-моему, курды, – сказала она. – Ты же не курд?
– Нет, перс, хотя могу сойти за кого угодно… курда, или араба, или южноамериканца…
– Но диалект? Он выдает в тебе представителя лучших людей Эстермальма.
Он сжал зубы, опустил взгляд. Анника явно задела его за живое.
– Извини, – сказала она, – я не имела в виду…
И сделала шаг назад.
– Давай и вправду ты спросишь, посмотрим, как пойдет.
Они направились назад к прилавкам, миновали обоих мужчин, с которыми Анника уже разговаривала, стараясь держаться подальше. Вальтер остановился перед торговцем, продававшим детскую вязаную одежду с красивыми узорами, и спросил об Абдулле Мустафе. Тот показал в самый конец ряда прилавков на мужчину в кепке, выгружавшего ящики с фасолью из кузова грузовика «вольво». Вальтер направился прямо к нему.
– Абдулла Мустафа?
Мужчина отложил ящик в сторону и поднял на него глаза.
– Меня зовут Вальтер Веннергрен, – представился молодой человек на своем тягучем стокгольмском шведском и протянул руку. – Извини, что мешаю тебе работать, я из газеты «Квельспрессен» и хотел бы спросить, не могу ли поговорить с тобой немного. Надеюсь, ты не откажешься от чашечки кофе?
Мужчина в кепке с опаской пожал руку Вальтера.
– Поговорить о чем?
– О том же, о чем все другие спрашивали тебя в последнее время. Об автомобиле, который ты продал одной богатой женщине сто лет назад.
Абдулла Мустафа выглядел удивленным, потом он ухмыльнулся и посмотрел в сторону:
– Мне нечего сказать.
Анника внимательно наблюдала за Вальтером. Практикант не сдвинулся с места. Найдя Абдуллу Мустафу, он уже не собирался его отпускать.
– Я понимаю, – сказал Вальтер. – Я понимаю, с той поры много воды утекло, не так легко вспомнить…
Мужчина развернулся и посмотрел прямо на Вальтера.
– Я помню, – буркнул он. – Просто не хочу говорить.
Вальтер пожал плечами.
– О’кей, – сказал он. – Ты не хочешь говорить. Чего ты боишься?
– Я не боюсь.
– Нет?
Они стояли и смотрели друг на друга несколько секунд.
– Мне надо разобраться с делами. – Абдулла Мустафа кивнул в сторону машины.
– Я могу подождать, – заверил его Вальтер и сделал шаг назад.
Абдулла Мустафа вернулся к грузовику. Через несколько минут он закончил, закрыл кузов и бросил взгляд в направлении Вальтера.
– Мне необходимо отогнать машину. Мы можем увидеться в Кахрамане через десять минут, – сказал он.
– Отлично! – воскликнул Вальтер.
– В Карамане? – спросила Анника, но Абдулла Мустафа уже уехал.
Вальтер с отчаянием посмотрел на нее.
– Мы же доберемся туда? Наверняка не так много мест называются… Кара… Кама…
Анника достала мобильный телефон, впечатала в поисковик Гугла «карамане» и результатом стали 40 600 попаданий. Она добавила «шерхольмен» и получила только одно: «Ресторан «Кахрамане». Добро пожаловать на Бредхольмсгатан, рядом с торговым центром!»
– Отличная вещица, когда дело касается адреса, – сказала она. – Нам туда.
Вальтер поковылял за ней, когда она развернулась и направилась к двери в галерею магазинов. Они миновали аптеку, бутики с одеждой и товарами для досуга, какой-то мужчина попытался продать им абонемент по-настоящему дешевого и по-настоящему плохого оператора мобильной связи, а потом они вышли на улицу с другой стороны, там и находился ресторан «Кахрамане». На висевшей над дверью вывеске был изображен закат солнца и красовалась надпись на арабском или курдском языке, Анника так и не смогла решить, на каком именно. Вальтер, открыв дверь, направился прямой дорогой к стойке и заказал шаурму на тарелке с курицей и картофелем фри и всеми соусами.
– Мы же ели совсем недавно, – заметила Анника.
– Салат же, – ответил Вальтер и набросился на куски курицы.
Они расположились за одним из маленьких столиков. Несколько мужчин сидели в другом углу, наклонившись голова к голове, и тихо разговаривали, в остальном же небольшое заведение было пустым. Телевизор на стене над ними показывал иракский музыкальный канал. Красивые мужчины и женщины пели популярные песни в странной тональности. Явно шел обзор тамошнего хит-парада, сейчас находившийся где-то на середине.
Вальтер успел уничтожить большую часть своего блюда, когда в ресторан вошел Абдулла Мустафа. Он поздоровался со стоявшим за стойкой персоналом и взял себе чашечку кофе, не заплатив за нее.
– Что ты хотел знать? – спросил он и подозрительно скосился на Аннику.
