Недоумевающие помощники переглянулись, но послушно исполнили указание. Когда его руки опустили, что-то тяжелое прилетело ему по голове, и на некоторое время Хэ Янг потерял сознание.
Выйдя из хижины, шаман с помощниками двинулись в противоположную сторону к лесу, но внезапно один из его помощников коротко вскрикнул и упал замертво; резко остановившись, он повернулся вперед.
Перед ним стояла девушка с мечом.
Недолго думая, он схватил Лин Луцао и положил руку ему на голову, сжимая череп.
– Только двинься – и я вспорю ему мозг.
Лин Ланфэн посмотрела прямо на шамана. Ее нежное и светлое лицо прорезалось слепой яростью.
Каждый раз что-то идет не так.
Обагренная кровью, эта нежная орхидея встала с колен.
Сколько можно?
Я просто пытаюсь быть милой девушкой, сколько можно трепать мое терпение?
Ее «поступь легких облаков» обрушилась тяжестью под ее ногами, когда она ступала вперед. Кончик меча угрожающе засверкал.
– Милая дева, хочешь рискнуть?
«Милая дева» беспощадно ступала вперед.
Посреди крови и лепестков, грязи и украшений, они шла вперед; кончили миндальных глаз покраснели, а слезы смешались с пылью на лице. Мягкие губы исказились оскалом, когда она сказала:
– Оставь моего мужа в покое.
Я хочу быть счастлива в браке, а ты мне хочешь помешать?!
Шаман угрожающе сжал пальцы на голове Лин Луцао; до него наконец стало медленно доходить, что это были не пустые угрозы.
Но это ее уже не волновало.
Нежная орхидея неумолимо двигалась вперед, пока не остановилась. Единственное, что заставляло ее сдерживаться – это чужие руки на голове мужа. Даже не чувствуя свою усталость, не чувствуя измученность и ломоту костей, все это было не так важно для нее, как жизнь мужа.
Помощник шамана рассмеялся, глядя на ее лицо:
– Торг неуместен. Предложи сокровища или дом – этого не хватит, чтобы отплатить.
Нежная орхидея взмахнула крепким мечом.
– Размечтался. Ты тронул моего мужа – не жди теперь даже одной монетки. Я уничтожу тебя прямо здесь.
– Еще шаг, и я поврежу его разум.
Стрела в одной из хижин шевельнулась; Ян Си зачистил хижину слева и теперь прицеливался, чтобы убить шамана, но у него чесались руки вдарить и его помощнику. Где был этот паршивец Хэ Янг? Ян Си не уверен, что успеет спасти и Лин Луцао. А этого, боюсь, Лин Лифэн им не простит..
От одного ее вида у его мурашки по коже.
Лин Лифэн сощурила глаза.
– Вы напали один раз – я отпустила вас. Вы напали второй – и я снова пощадила вас. Теперь вы напали в третий и даже забрали моего мужа. Не надоело?
– Ничему уроки не учат, – просвистел помощник шамана. – Твой муженек натворил немало бед, как мы можем отпустить его? Никогда тебе не жить в покое.
Ее тонкие брови сошлись на переносице.
«Ах значит так».
Нежные глаза, еще несколько часов назад переполненные любовью, теперь горели ненавистью.
– Самое драгоценное в жизни любой женщины – быть любимой. Не позволяешь мне этого? Хочешь отнять мое? Да пошел ты нахуй, гребанный шаман, я убью всех твоих предков до седьмого колена и заберу свой счастливый брак!
Ян Си: «…»
Небеса, да тут спасать шаманов надо.
Внезапно его внимание привлек шорох дерева, под которым стояли шаманы; восприняв это как сигнал, Ян Си отпустил тетиву, и стрела помчалась вперед, пронзая лицо помощника насквозь. Не успел шаман и двинуть пальцем – как в тот же момент ему прилетело что-то с дерева по затылку, откидывая назад, и Лин Луцао выскользнул из его рук. Спрыгнув с дерева вниз, Хэ Янг перехватил заложника и оттащил в сторону.
И Лин Лифэн рванула вперед.
Но не к мужу.
Ее острое лезвие вонзилось в грудь шамана, пронзая насквозь. А потом еще. Еще и еще. Она била и ударяла, ругаясь и пиная. Не по себе даже стало Хэ Янгу. Пнув его еще несколько раз, она выдохнула и поправила выбившуюся прядь за ухом; а затем подбежала к своему любимому, мягко гладя его на землю.
Внезапно ее голос снова стал мягким и плавным, подобно текучей воде.
– Дорогой, проснись. Все в порядке, любимый..
Ян Си: «…»
Хэ Янг: «…»
– Эти женщины..
– Я знаю, я тоже в ужасе.
Ох уж эти хрупкие, страшные женщины.
Пока она трепетала с ним, Ян Си повернулся к товарищу:
– Ты в порядке? У тебя кровь.
– Хм?
Уголок губ немного саднило, но вместо того, чтобы вытереть его, он ткнул на Ян Си:
– Посмотри на себя, ты сам потрепан.
Мужчина в руках женщины стал постепенно приходить в себя. Приоткрыв глаза, он бессмысленным взглядом смотрел в пространство, пока, наконец, осознанность не вернулась к нему; перехватив руку своей женщины, он поднес ее к своей щеке: «Милая..»
Что же, по крайне мере, Лин Луцао был спасен.
Пока двое были заняты друг другом, запыхавшиеся и уставшие, они прислонились к толстому валуну, соскользнув спинами вниз и сев на землю; Ян Си пытался отдышаться после боя склонив голову, Хэ Янг – прислонив ее к валуну. Их грудь вздымалась так тяжело, что, казалось, они сражались день и ночь без усталости, и вот теперь эта тяжесть их догнала.
Хэ Янг вытащил из рукава трубку и сделал пару затяжек, прежде чем она была наглым образом отобрана; Ян Си продолжил также.
Бой не выволок из него всю злость и, прослушав некоторое время речи собеседника, Хэ Янг спросил:
