– Да мы вообще не знаем, куда заглянули, – сопротивлялся Антончик. – Может, это какое-то нереализованное прошлое. Где прогресс развернулся в полную мощь не к концу девятнадцатого века, а уже в семнадцатом, например…
– Нет, Григорий, не то, – сказал Савинков, закуривая очередную сигарету. – Фантазия у тебя богатая, но я уверен, что никаких параллельных миров не существует, а перемещения во времени возможны только в одном направлении: из настоящего в будущее, секунда за секундой. То есть привычным для нас порядком.
Он указал сигаретой на настенные часы, которые неторопливо отстукивали четверть девятого после полудня.
– Тогда откуда мы выцарапали артефакт?! – раздраженно спросил Гриша.
– А был ли мальчик? – вяло спросил Епифанцев.
– Устал, родной? – озабоченно поинтересовалась Аня, несколько саркастично, надо заметить.
– Так, яйцеголовые, давайте все сначала, – потребовал я. – Во-первых, мы хотели соорудить нечто вроде подпространственного перехода между двумя точками, отстоящими друг от друга на несколько парсеков…
– Это ты так решил, – перебил меня Антончик, – а вот я уверен, что эти точки расположены в разных вероятностях одного и того же мира, нашего то есть…
– И твоя версия еще менее жизнеспособна, – повысив голос, продолжил я. – Как и шеф, я уверен, что параллельные миры – только пища для сценаристов фантастических мыльных опер, а у нас получилось то, на что мы и рассчитывали, – проникновение в атмосферу обитаемой планеты, расположенной где-то в глубоком космосе. В нашем пространстве, я подчеркиваю, и в нашем же времени!
– Где обитают трехголовые существа, владеющие русским языком! – язвительно вставил реплику Антончик.
– Теперь невозможно не согласиться с сомнениями Григория, – заметил Савинков. – Что скажешь на это, Леонид?
Я пожал плечами. Что я мог сказать? Представить пришельца по фамилии Романцев, честно говоря, не получалось. Оставалось проникновение в будущее. Уж не в то ли будущее, что так ревностно защищал загадочный капитан Дремов?
– И все-таки это место в нашем мире, – упрямо ответил я.
– Кто знает? – многозначительно сказал Гриша и улыбнулся, как победитель.
– Я так и не поняла, почему исчез обломок? – с легкой и непосредственной улыбкой спросила Елена Владимировна, внося в лабораторию целый поднос румяных пирожков.
