– Это учения или все по-настоящему, как думаешь? – спросил я, провожая десант долгим взглядом.
– Не знаю, я же не видел начала. Что там у тебя происходит? Что со связью?
– Это я хотел спросить у тебя…
Конвоиры вдруг замерли и, мгновенно оценив ситуацию, грубо вырвали из креплений установленный на моем шлеме передатчик. После этого один из них отстегнул сам шлем и небрежно забросил его в траву. Я вздохнул и, поперхнувшись острым запахом незнакомого разнотравья, шагнул на пандус корабля. Последнее, что я увидел, прежде чем войти в штурмовик, был десяток огромных летательных аппаратов. В сгущающихся сумерках их гигантские туши казались серыми валунами, медленно падающими на землю с целью наказания любых подворачивающихся грешников. Я невольно оказался в эпицентре практически бесшумной высадки неизвестного десанта.
Пандус поднялся, и, шагнув вперед, я с непривычки ударился обо что-то головой. Глаза долго привыкали к царящему вокруг полумраку, однако им на помощь пришел поток света из люка, раскрывшегося в дальней от меня стене.
– Показывайте, – потребовал входящий в грузовой трюм высокий темноволосый офицер.
– Вот, господин майор. Наверное, шпион…
– Этот клоун? – Офицер нагнулся, приблизив ко мне свое лицо. – Ни оружия, ни документов, ни знаков различия… Да это просто бродяга, сержант!
– Но на нем форма, – возразил сержант. – К тому же на этой планете нет аборигенов, перед началом учений мы все проверили…
Угораздило же нашу материальную группу закупить гермокостюмы точь-в-точь как у военных летчиков.
– В Поднебесной модно носить униформу последние четыреста лет, – в голосе майора засквозило недовольство. – А насчет аборигенов наша разведка могла и ошибиться, слишком здесь уютно для необитаемого мира. Особенно если учесть перенаселенность прочих планет Галактики.
– Господин майор, – снова возразил солдат, поворачивая меня так, чтобы на лицо падало побольше света, – это не желтолицый. Это эллин…
Майор несколько секунд разглядывал меня более пристально, чем прежде, и наконец приказал:
– В изолятор его.
