— Каким путем идут Чандраванши? — спросил Шива друга.
— Они обходят высокие горы на востоке нашей долины и, видимо, войдут в долину в северной ее части.
— Парватешвар приказывал вам начертить карту?
— Да, — ответил Вирабхадра и положил на стол лист с начертанным планом местности.
Пальцем он показал маршрут, по которому шла вражеская армия.
Шива внимательно разглядывал карту, и перед его взором все четче и четче вырисовывалась прекрасная оборонительная позиция к северу от их лагеря. Он посмотрел на Парватешвар и понял, что мысли полководца работают в том же направлении.
— Что скажешь, почтенный Парватешвар? Сколько людей нам понадобится?
— Хороший вопрос! Это будет нелегким делом, но перевал кажется идеальным для обороны. Тысяч тридцать, я думаю, не меньше.
— Но мы вряд ли сможем выделить так много воинов! Я уверен, что и основные силы Чандраванши нападут завтра на юге. Нам пора расставлять людей на позиции.
Парватешвар мрачно кивнул. Похоже, мелуханцам придется отступить и подготовиться для битвы в другом месте.
— Я уверен, что пяти тысяч хватит для этого, о мой Господь!
Шива с Парватешваром даже не заметили, как Драпаку приблизился к столу. Он внимательно изучал на карте перевал, на который указал Шива.
— Взгляните сюда, — предложил Драпаку. — Ближе к перевалу горы сужаются до половины полета стрелы. Не важно, как велика их армия, атаковать перевал не сможет более сотни человек одновременно.
— Но, Драпаку, их столько, что они смогут отправлять сотню за сотней, практически непрерывно, — вступил в разговор Майяшрени. — А в местности с такими крутыми склонами ты не сможешь применить наши метательные орудия. Ты не сможешь их победить!
— А я и не говорю про победу, — ответил на возражение Драпаку. — Речь идёт о том, чтобы задержать их на день, не дать им ударить в тыл нашей армии.
— Я пойду туда! — заявил Парватешвар.
— Нет, мой господин! — твердо сказал Врака. — Нельзя оставить основные наши силы без твоего командования!
Шива обменялся взглядами с Парватешваром.
— Я также не могу отправиться на перевал, — вслух произнес он.
Разочарование было написано на лице Парватешвара. Он вроде и был готов к этому, но в душе надеялся, что Шива докажет его неправоту. Но полководцу стало очевидно, что Шива собирается только наблюдать за ходом сражения, находясь рядом с Дакшой, в относительно безопасном месте.
— Для меня будет большой честью, о мой Господь, оборонять этот перевал, — торжественно произнес Драпаку.
— О, Драпаку…, — только и смог вымолвить Майяшрени, не произнеся того, о чем, собственно, подумали все присутствующие.
Оборонять северный проход в долину с пятью тысячами человек было поистине самоубийственной задачей.
— Драпаку, — сказал Шива. — Я не знаю, стоит ли…
— Стоит, о мой Господь! — прервал Шиву бывший викарма. — Я знаю — это моя судьба! Я буду удерживать перевал целый день. А если поможет Господь Индра, то и два! Принеси нам победу за это время!
— Это очень замечательно, Драпаку! — неожиданно оживился Дакша. — Но тебе нельзя терять времени. Отправляйся туда немедленно!
Драпаку без долгих слов и прощаний, быстро поклонившись, покинул шатер.
Менее чем через половину прахары полк «Викарма» вышел из лагеря. Еще был ранний вечер, никто не спал, и практически вся армия могла видеть, как отважные воины следуют на север. Ни у кого не было сомнения насчет шансов вернуться обратно, но и признаков страха или малейшего колебания никто из них не проявил. Лагерь стоял в молчаливом страхе. У всех на уме была только одна мысль. Как викармы, пусть и бывшие, оказались способны на такое величие духа? Ведь им полагалось быть слабыми.
Впереди своего полка шел Друпаку. Лицо его было украшено боевой раскраской. Поверх брони он надел шафрановую накидку. Цвет Параматмы. В одежды такого цвета облачаются для последнего путешествия. Друпаку не рассчитывал вернуться.
Ему пришлось остановиться, так как перед ним неожиданно, выскочив из рядов провожающих воинов, оказался Видьюнмали. Прежде чем Друпаку успел хоть как-то среагировать, Ариштанеми выхватил свой кинжал. Рука Друпаку дернулась к мечу, но Видьюнмали был быстрее. Он рассек свой большой палец и провел им по лбу Друпаку. По древней традиции воинского братства это значило, что кровь Видьюнмали будет хранить в бою Друпаку.
— Ты лучше меня, Друпаку, — прошептал Видьюнмали.
Друпаку молчал, пораженный таким необычным поведением воина Ариштанеми.
Подняв высоко руку, крепко сжатую в кулак, Видьюнмали взревел, так, что было слышно по всему лагерю мелуханцев:
— Устрой им ад, викарма!
— Устрой им ад, викарма! — тысячи глоток подхватили клич и повторяли его снова и снова.
Друпаку и люди его полка замерли, впитывая уважение, в котором им долго отказывали. Слишком долго.
— Устрой им ад, викарма!
Кивнул головой, Друпаку быстро зашагал дальше, боясь, что его эмоции могут испортить торжество момента. Полк «Викарма» уверенно следовал за ним.
— Устрой им ад, викарма!
Для этого времени года утро было необычайно теплым.
