— К кое-кому? Кто был этот человек, о мой Господь? Викарма? — Нанди не на шутку разволновался. — Шудхикарану необходимо исполнять только после прикосновения к человеку-викарме!
У Шивы даже резко изменился цвет лица. Завеса с его глаз упала. События предыдущих дней обрели для него новый смысл. И поспешный уход Сати после его прикосновения, и поведение гуру и Криттики.
— Возвращайся к себе, Нанди, а я приду попозже, — сказал Шива и направился в сторону сада.
— О Господь, что же все-таки случилось? — Нанди пустился вдогонку за Шивой. — Ты исполнил шудхикарану или нет?
— Ступай к себе, Нанди! — на ходу повторил Шива. — Увидимся там!
Шива прождал почти половину прахары, но все напрасно — Сати так и не появилась. Он сидел в полном одиночестве на скамье и клял себя за те ужасные мысли, что ранее пришли ему в голову.
Он еще раз вспомнил все подробности их последней встречи.
«Я не прощу себя, если с тобой что-нибудь случится!». Шива вспомнил слова Сати.
Поняв, что Сати уже точно не придет, Шива поднялся и от чаяния пнул скамью, на которой только что сидел. Недавно еще онемевший и бесчувственный большой палец ноги тут же отозвался резкой болью. Шива не сдержался и выругался громко вслух. Он уже было повернулся, что бы отправиться в свои покои, как увидел, что на площадке для танцев что-то лежит. Он подошел поближе и поднял с земли женский браслет. Это было ее украшение! Он видел его на руке Сати.
Странно, браслет не выглядит поврежденным, шнур, скрепляющий его цел. Она что, нарочно уронила его здесь?
Шива поднес браслет к лицу. От него исходил аромат, вызвавший в памяти образ святого озера, нагретого лучами солнца. Шива нежно поцеловал браслет и, улыбаясь, спрятал его в своей поясной сумке. Как только он вернется с горы Мандары, то обязательно увидится с ней! Он должен встретиться с ней! Если надо, то он будет следовать за ней до самого края земли! Он готов сразиться со всем человечеством ради нее! Его жизненный путь будет неполным без нее. Об этом говорило его сердце. Об этом говорила его душа.
— О госпожа, нам еще далеко ехать? — спросил Нанди, выглядевший как взволнованный ребёнок.
Посещение легендарной горы Мандары, места, где создавали напиток богов, было великой честью для всякого мелуханца. Подавляющее большинство Сурьяванши считали эту гору душой империи.
— Не прошло и прахары, как мы покинули Девагири, сотник, — с улыбкой ответила Канахала. — Путь до горы Мандары занимает целый день.
— Но госпожа, окна нашей повозки плотно завешены шторами и я не могу наблюдать за солнцем! — стал оправдываться Нанди. — Поэтому я и спросил.
— Перед тобой стоит свеча, отсчитывающая время, сотник, а шторы опущены для нашей безопасности.
Шива улыбнулся, услышав сказанное Канахалой. Не их безопасность волновала ее, а безопасность горы Мандары. Пусть к ней был великим секретом, и мало кто был с ним знаком. Местоположение и всю дорогу к Мандаре знали лишь Ариштанеми, избранные воины, защитники горы. Всем другим, за исключением ученых, создающих Сомру, было запрещено не только посещать без императорского разрешения гору, но и даже узнавать путь к ней. Если Чандраванши проникнут на Мандару, для Мелухи будет потеряно всё!
— Кого мы там встретим, госпожа Канахала? — спросил Первого советника императора Шива.
— О мой Господь, там мы увидим Брихаспати, нашего главного ученого! Под его началом создается Сомра для всей страны. Кроме того, он проводит научные изыскания во многих областях знаний. Он извещен о нашем скором прибытии и готов завтра утром принять нас.
Шива благодарно ей кивнул, бросил взгляд на Нанди, наблюдающего за свечой, и вернулся к чтению книги. Это было захватывающее повествование об ужасной войне, в которой много тысяч лет назад сошлись боги-девы и демоны-асуры. Это была извечная борьба добра и зла. Боги, возглавляемые Махадевой Рудрой, Богом богов, победили асур и в очередной раз утвердили во всем мире праведность.
— Надеюсь, вы хорошо отдохнули с дороги? — поинтересовалась Канахала у Шивы и Нанди, прежде войти в помещение, где ихждал Брихаспати.
Шел первый час первой прахары. День на горе Мандаре начинался рано.
— Да, я неплохо выспался, — ответил Шива, хотя его всю ночь беспокоили странные ритмичные звуки.
