— Отец, я так и не поняла, зачем ты взял меня я собой. Ведь мне не позволено участвовать в таких обрядах.
— Я уже объяснял тебе несколько раз, — улыбнулся Дакша, нежно поглаживая Сати по руке.
— Ни один из этих обрядов для меня не является завершенным, если я не вижу на нем твоего лица. И меня не остановит этот проклятый закон!
— Отец! — Сати смутилась и укоризненно покачала головой.
Ей казалось невозможным такое пренебрежение законом со стороны отца-императора.
Мать Сати, Веерини, взглянула на Дакшу с неловкой улыбкой, затем посмотрела на Сати и снова погрузилась в чтение книги.
На некотором расстоянии от царского каравана, скрытая густым лесом, передвигалась группа из пятидесяти людей, облаченных в кожаные доспехи. Их дхоти были укорочены для удобства, каждый из них нес по два меча и по длинному кинжалу, за спиной эти воины несли щиты, сделанные из металла и кожи, а в их сандалиях было скрыто по три небольших ножа. Во главе отряда шли два человека.
Один из них, красивый молодой человек с боевым шрамом на лице, носил темно-коричневый тюрбан, выделяющий его как командира. Его кожаные доспехи были небрежно расстегнуты, и из-под них то и дело выскальзывала золотая цепочка с подвеской. Подвеска изображала собой красивый белый полумесяц. Символ Чандраванши.
Рядом с ним шел гигант, закутанный в длинные одежды с головы до ног, его голову покрывал капюшон, а лицо скрывала черная маска. Из всего тела открытыми оставались только увитые могучими мускулами руки и бесстрастные миндалевидные глаза. На правом запястье был виден кожаный браслет с символом ОМ, состоящим из змей. Не поворачиваясь к командиру отряда, этот человек сказал:
— Твой знак виден, Вишвадьюмна. Спрячь его и застегни доспехи.
Смутившийся Вишвадьюмна заправил цепочку с подвеской под одежду и затянул завязки нагрудника.
— Прости меня, господин, — ответил Вишвадьюмна. — Но не стоит ли нам быстрее пройти вперед и убедиться, что это дорога действительно ведет к Мандаре? Если так, то мы будем уверены в нашем осведомителе? А на обратном пути, я уверен в этом, мы сумеем ее похитить. В любом случае, сейчас мы в меньшинстве и ничего не сможем предпринять.
— Вишвадьюмна! А разве я собирался их атаковать? Зачем вести разговор про численное превосходство? Мы идем к горе Мандаре! От небольшой задержки небеса не рухнут, так что мы просто следуем за этими повозками.
Вишвадьюмна судорожно сглотнул. Он всегда старался не высказывать что-либо, идущее вразрез с мнением его повелителя. Тем более, это его господин нашел нескольких Сурьяванши, готовых сотрудничать с ними, а это могло позволить им вырвать и уничтожить самое сердце Мелухи.
— Но господин, ты ведь знаешь, царица терпеть не может проволочек! А мои люди ропщут, что мы действуем нерешительно.
Гигант в капюшоне резко повернулся. Казалось, что он кипит от гнева, хотя голос был спокоен:
— У меня все под контролем. Если тебя и твоих людей что-то не устраивает, можете уходить. Вы даже получите свои деньги. А я все сделаю сам!
Потрясенный таким поворотом в разговоре, Вишвадьюмна отшатнулся.
— Нет, господин. Я не это хотел сказать. Прости меня. Мы останемся с тобой до тех пор, пока нужны тебе. Ты прав, мы ждали этого веками, и даже один день задержки теперь не имеет значения.
Отряд продолжил следить за караваном императора Мелухи.
— В теории Сомра действует до смешного просто, — заявил Брихаспати. — Но осуществить на практике это было практически невозможно. Только гений Господа Брахмы справился с такой задачей. Славься божественный Брахма!
— Славься божественный Брахма! — вторили ему Шива, Канахала и Нанди.
— Прежде чем понять, как снадобье может продлить человеческую жизнь, мы должны узнать, чем эта жизнь поддерживается в принципе, — перешел к объяснениям Брихаспати. — Существует одна основополагающая вещь, без которой никто из нас не может жить.
Шива внимал словам ученого, не сводя с него пристального взгляда.
— Этой основополагающей вещью является сила, энергия! — продолжил мудрец. — Ходим ли мы, говорим, думаем, совершаем разнообразные действия, то есть — живем, мы используем эту силу.
— Я знаком с таким представлением, — сказал Шива. — Там где я родился, эта сила зовется шакти.
— Шакти? — удивленно переспросил Брихаспати. — Интересно. Таким словом не называли жизненную силу уже много столетий. Так говорили люди Пандья, предки всех народов Хинду. Ты знаешь, откуда пришло твое племя? Куда уходит корнями его история?
— Я не уверен в точности своих знаний, но в племени есть одна пожилая женщина, которая, по её словам, знает все о нашей истории. Надо ее расспросить, когда она прибудет в Девагири.
— Да, надо это сделать, — согласился Брихаспати. — А теперь вернемся в теме нашего разговора. Итак, мы знаем, что наше тело ничего не может сделать без жизненной силы. Но откуда берется эта сила?
— Из пищи, которую мы едим? — предположил Нанди, обретший, наконец, уверенность, достаточную, для вступления в разговор со столь важными собеседниками.
