В комнате появился еще один Лютер. Стоп, что?
– Не слушай, – мужчина передо мной все еще с нежностью смотрит в мои глаза. – Смотри на меня.
Губы. Такие соблазнительные… Так близко…
– Алиса!!!
Этот голос начинает меня раздражать. Тот второй отталкивает первого и смотрит на меня отрезвляющим взглядом.
– Приди в себя!
– Ты все портишь! Мне с ним, – указываю на ласково улыбающегося Лютера, – гораздо лучше.
– Он ненастоящий! Почему ты не слышишь меня?
Столько мольбы и беспомощности в глазах.
Перевожу взгляд с одного на другого.
Они идентичны, вроде бы…
Все плывет…
Хочется не слушать его, окунуться с головой в захватывающую разум эйфорию.
Во рту появился привкус клубничной жвачки, а в воздухе витал аромат ванили…
– Лиса, я настоящий… – первый Лютер протянул ко мне руку, хотел коснуться, но тут я поняла…
– Как ты меня назвал?
Мгновение – и мозг врезается в сироп, в котором тонут все мыслительные процессы. Не могу вымолвить ни слова – в рот будто натолкали сладкой ваты. Мужчина так и стоял с протянутой рукой, но его губы… Они шевелились, а я ни слова не слышала! Зато второй Лютер отчетливо проговаривал мое имя, просил сопротивляться…
Чему сопротивляться? Что не так?
Сладко и приторно, но терпимо. Широкая улыбка не сходит с моего лица…
О чем я думала?
Что говорила?
Это важно?
Нет.
Важно то, что сейчас мне хорошо, как никогда. Только вот подремать бы… Совсем чуть-чуть… Вот каплю…
***
Вход в здание охраняли только двое Хранителей, которых Лютер устранил двумя точными выстрелами. Глушитель не дал привлечь внимания к вторженцу. Он знал. Знал, что с ней могут сделать. Знал и боялся. Боялся не успеть. Эдриан способен пойти на самые крайние меры для получения ответов. Да, своего отца, к сожалению, Лютер знал достаточно хорошо.
Выстрел – труп.
Выстрел – труп.
Коридор. Поворот направо. Выстрел – труп. Снова коридор. Выстрел – труп. Стеклянная панель с биометрическим замком. Опечаток. Дверь открылась.
Только бы успеть.
Выстрел в замок – дверь открылась.
– Добро пожаловать, сын.
Представшая картина отозвалась болью в виске. Девушка пристегнута к стулу, в ушах наушники, в руке игла, на лице блаженная улыбка.
– Отпусти её, – голос Лютера отозвался ледяным эхом по комнате.
– Зачем? – Эдриан развел руками, – Посмотри, она счастлива с своем разуме.
Лютер направил дуло пистолета на Хранителя.
– Повторять не стану.
– Она крепко засела в твоей голове, не правда ли? – он растягивал слова в свойственной только ему манере. Лютера это изрядно бесило, но ни словом, ни делом он этого не показал. – Знаешь, сынок, если бы ты не упрямился и принял мое предложение, то сейчас правил не только настоящим, но и будущим. Твое восстание не имеет смысла, – Эдриан положил руки на плечи Алисы. – Я знаю, для чего тебе девчонка. Поверь, я бы тоже использовал такую возможность. Это же надо! Наш Павел обучил дочь своим уловкам, даже находясь на расстоянии! И когда только успел?
Наигранный смех заскрежетал по помещению.
– А она знает, что на самом деле стало с Майей и Павлом? – ехидная ухмылка плавно перешла в оскал. – Правда разобьет ей сердце. Ты окажешься предателем. Готов заплатить такую цену?
Выстрел в стену. Пуля пролетела в сантиметре от головы Эдриана, но тот даже не шелохнулся.
