Бессонница полностью

Ральф с трудом верил своим глазам. Если отрава распространилась уже так далеко, в каком же состоянии сейчас весь город? Он подумал, что док Мелхэйр прав: Сюзан Дэй, должно быть, понятия не имела, насколько поганой была идея устроить ее выступление в Дерри. В некоторых смыслах — на самом деле во многих смыслах — Дерри не был похож на другие места.

Он двинулся вперед, еще не зная, что он собирается делать, и испытал облегчение, увидев, что Стэн Эберли делает то же самое. Приблизившись к двум мужикам, стоявшим нос к носу, они со Стэном переглянулись, и Стэн тихонько кивнул. Ральф обхватил Фэя за плечи на долю секунды раньше, чем Стэн ухватил левую руку Педерсена выше локтя.

— Ничего подобного вы не сделаете, — проговорил Стэн прямо в утыканное пучками волос ухо Педерсена. — Это кончится тем, что нам придется отвозить вас обоих в городскую больницу с инфарктами, а тебе вовсе не нужен еще один, Харли, — у тебя и так уже было целых два. Или три?

— Я не позволю ему отпускать шуточки про то, как женщины убивают младенцев! — крикнул Педерсен, и Ральф увидел, что по щекам старика текут слезы. — Моя жена умерла, когда рожала нашу вторую дочку! Сепсис — тогда, в 46-м! И я не желаю, чтобы тут болтали про убийство младенцев!

— Господи, — произнес Фэй совсем другим тоном. — Я не знал этого, Харли. Прости меня…

— А-а, пошел ты со своим «прости»! — выкрикнул Педерсен и вырвал руку из ослабевшей хватки Стэна Эберли. Он двинулся к Фэю, который поднял кулаки, а потом снова опустил их, когда Педерсен прошел мимо, даже не взглянув в его сторону. Он вышел на тропинку среди деревьев, ведущую прочь от развилки, и исчез.

В следующие тридцать секунд на площадке для пикников стояла изумленная тишина, которую нарушало лишь осиное гудение подлетающего самолета «пайпер-каб».

— Господи, — наконец выговорил Фэй. — Видишь парня изо дня в день целых пять, а то и десять лет и начинаешь думать, что знаешь о нем все на свете. Господи, Ральфи, я не знал, как умерла его жена. И теперь я чувствую себя полным болваном. — Не распускай нюни, — посоветовал Стэн. — Просто у него, наверное, сейчас месячные. — Заткнись, — оборвала его Джорджина. — Мы наговорили достаточно сальностей для одного утра. — Жду не дождусь, когда этот день пройдет и все опять будет нормально, — заметил Фред Зелл. Док Мелхэйр ползал на четвереньках, собирая шахматные фигуры.

— Хочешь закончить, Фэй? — спросил он. — Кажется, я помню, как они все стояли.

— Нет, — ответил Фэй. Голос его, остававшийся твердым во время стычки с Педерсеном, теперь слегка дрожал. — С меня хватит. Может, Ральф подменит меня в турнире.

— Пожалуй, я пас, — сказал Ральф, огляделся в поисках Дорранса и наконец засек его. Тот прошел обратно через дыру в заборе и теперь стоял по колено в траве у края дороги, сгибая и разгибая свою книжку, и смотрел, как «пайпер-каб» подкатывает к главному терминалу. Ральф поймал себя на том, что вспоминает, как Эд мчался по этому служебному проезду в своем старом коричневом «Датсуне» и как он ругался

(Давай поторапливайся, сейчас сожрешь мое дерьмо, ты гребаный козел!)

на медленно открывающиеся ворота. Прошел без малого год, а Ральф впервые задумался над тем, что, собственно, Эд там делал в тот раз.

— …чем прежде.

— М-м-м? — Он сделал над собой усилие и снова сосредоточился на Фэе.

— Я говорю, ты, наверное, стал хорошо спать, потому что выглядишь куда лучше, чем прежде.

— Пожалуй, — сказал Ральф и постарался выдавить слабую улыбку. — Схожу-ка я куда-нибудь перекусить. Не хочешь составить компанию, Фэй? Я угощаю.

— Не-а, я уже съел сандвич, — ответил Фэй. — И сейчас, сказать по правде, он застрял у меня в кишках как кусок свинца. Слушай, Ральф, этот старый пердун плакал, ты видел?

— Да, но на твоем месте я бы не стал делать из мухи слона, — сказал Ральф. Он направился к развилке, и Фэй зашагал рядом с ним. Из-за сгорбленных широких плеч и опущенной головы Фэй здорово походил на ученого медведя в одежде. — Парни в нашем возрасте порой плачут просто так, ни с того ни с сего. Ты и сам знаешь.

— Наверное. — Он благодарно улыбнулся Ральфу. — Как бы там ни было, спасибо за то, что остановил меня, пока я не наломал дров. Ты же знаешь, как я порой срываюсь.

Жаль только, никого не было рядом, когда схлестнулись мы с Биллом, подумал Ральф. Вслух он сказал:

— Не за что. На самом деле это я должен благодарить тебя. Теперь я смогу присовокупить еще кое-что к моему послужному списку, когда буду просить высокооплачиваемый пост в ООН.

Фэй, довольный, засмеялся и похлопал Ральфа по плечу:

— Ага, генерального секретаря! Миротворец номер один! А ты бы смог, Ральф, без дураков!

— Нет вопросов. Береги себя, Фэй.

Он уже было повернулся, но Фэй дотронулся до его руки:

— Ты ведь будешь участвовать в турнире на следующей неделе, правда? «Шоссе № 3 — Классик»?