[Ладно, наконец-то мы до чего-то дошли. Итак, кто же дал красный свет этому делу? Не думаю, что это были вы, ребята; мне сдается, что по крайней мере в этом деле вы всего лишь ассистенты.]
Они на мгновение сдвинули головы и забормотали, но Ральф увидел бледный охровый оттенок, возникший как шрам в том месте, где их зелено-золотистые ауры смешались, и понял, что не ошибся. Наконец эти двое снова взглянули на Ральфа и Лоис.
Лахесис: [Да, основа именно такова. Вы обладаете способностью рассматривать предметы в перспективе, Ральф. У нас не было подобного разговора уже тысячу лет…]
Клото: [Если такой разговор вообще когда-то был.]
Ральф: [Вы должны говорить правду, ребята.]
Лахесис, обиженно, как ребенок: [Мы и говорили правду!]
Ральф: [Всю правду.]
Лахесис: [Хорошо; вот вся правда. Да, Атропос перерезал шнур Эда Дипно. Мы знаем это не потому, что видели — как я говорил, мы утратили тут способность ясно видеть, — а потому, что это единственное логическое заключение. Дипно не отмечен ни Случаем, ни Целью, это мы знаем, и его шнур должен был быть очень важным, раз он вызвал весь этот шум и тревогу. Сам факт, что он прожил так долго после того, как его жизненный шнур был отрезан, свидетельствует о его мощи и важности. Когда Атропос перерезал этот шнур, он привел в движение цепь ужасных событий.]
Лоис вздрогнула и придвинулась к Ральфу.
Лахесис: [Вы назвали нас ассистентами. Вы и не знали, насколько вы правы. В данном случае мы — просто посланцы. Наша задача — поставить вас и Лоис в известность о том, что произошло и что ожидается от вас, и эта работа теперь почти завершена. Что же касается того, кто «дал красный свет», то мы не можем ответить на этот вопрос, потому что действительно не знаем.]
[Я вам не верю.]
Но он уловил отсутствие убежденности в собственном голосе (если это был голос).
Клото: [Не глупите — вы не можете не верить! Как по-вашему, директора огромной автомобильной компании станут приглашать рабочего низшего звена в свой кабинет, чтобы объяснять побудительные мотивы политики всей компании? Или подробно объяснять ему, почему они решили закрыть один завод, а другой оставить?]
Лахесис: [Мы занимаем места чуть повыше, чем люди, работающие на конвейере автомобильного завода, но все равно мы — те, кого бы вы, Ральф, назвали «рабочими парнями».]
