до рейдера еще далеко, оперативно-поисковая группа, сама по себе превосходящая
их и в выучке и в огневой
мощи, тут же вызовет массированные ударные силы... и все же женщины легли,
закрывая их собой, - а перед
женщинами настороженно сидели ничего еще не подозревающие дети. Секунд у
Ланкастера было немного. Он
постарался использовать их максимально эффективно.
- Господа! - Его голос был сжат и тускл. - Постарайтесь сохранить малышей.
Мы не воюем с детьми.
"Боже, какая банальность", - успел подумать он, пока его рука тянула из
бедренной петли уникальный
заказной "Боргвард" - подарок матери по случаю получения генеральского чина.
Полированный приклад из сикулового дерева, сверкнув золотой и платиновой
инкрустацией, привычно
уперся в плечо. Мягко моргнули мелкие изумруды, выводившие по дереву "лг-гл Вк.
Л.". Мощнейшее элек-
тронно-оптическое устройство, мало чем уступавшее навигационному мозгу
атмосферного катера, тотчас же
вывело на забрало шлема алый курсор правофланговой цели.
На все это ушли секунды - может быть, три. Скорее всего даже меньше.
Но умирающий "ведун" осуществлял целеуказание ничуть не хуже
совершеннейшей биоэлектроники,
произведенной на заводах Конфедерации, - он воздействовал прямо на мозг своих
стрелков. Ланкастер пони-
мал, что ударные силы, несущиеся сейчас на нескольких катерах, - крепкие мужи в
тяжеленных гренадерских
бронекомбезах, оснащенные самым мощным стрелковым оружием обозримой части
Галактики, - они опозда-
ют. Все решится сейчас - в секунды. Всего лишь несколько секунд. Две, три? Вряд
ли больше. Одна?..
Выстрелы раздались куда раньше, чем он предполагал.
Женщины пытались стрелять прицельно, но их старенькие, трехсотлетней
давности разработки, излуча-
тели терялись оптикой в переплетении ветвей, и импульсы лишь бесполезно жгли
растительность над головами
гренадеров.
- Внимание, подавить! - И раньше, чем закончилась фраза, Ланкастер
выстрелил.
Его палец ласково, как на стрельбище в Академии, коснулся спускового
крючка, украшенного тончай-
шей резьбой. Перчатка, тщательно передающая все ощущения на кожу, заставила его
почувствовать давно зна-
комые нюансы рисунка - крохотный рыцарь поражал дракона.
Голова женщины, лежавшей справа от него, разлетелась кипящим алым цветком.
Легкое движение левой
руки - следующий выстрел.
Ланкастер приподнял торс и проорал по тактическому каналу - впрочем, его
слышали и те, что мчались
над джунглями в катерах:
- Не давать встать!
Он не слышал крика мастер-унтер-офицера Андерсона, который получил импульс
в плечо, сломавший
ему руку. Он не слышал стрельбы своей группы - он мчался, огибая атакуемых по
дуге, мчался, ломая своим
узким двухметровым телом ветви, топча древние мхи, - на внутренней стороне
забрала горели несколько эк-
ранов, показывающих ему ситуацию на поле боя, но смотрел он лишь на один - на
тот, что показывал эсис,
присевших с оружием на корточки подле длинного тела, прикрытого серой тканью.
Завтра она станет его сава-
ном. Тот экран был взглядом майора Чечеля, который крался слева, - но легион-
генерал Ланкастер об этом
еще не знал. Впрочем, для него это было не важно. Он бежал, впервые в жизни
ненавидя врага. В его сознании
неощутимо рушились тысячи аксиом, впитанные им еще в детстве.
Он не помнил, сколько времени ему понадобилось, - это не имело особого
значения. Он знал, что штаб
и унтеры мгновенно подавят сопротивление живого щита из матерей, прикрывавшихся
в свою очередь детьми.
Он хотел ударить.
Просто ударить - сокрушить, как это делали его далекие предки...
Доктор военных наук, автор двух десятков работ по спецтактике тяжелых
пехотных подразделений, вы-
летел из-за колючих кустов и, вкладывая весь свой вес и немалый рост - плюс годы
и годы мучений на поли-
гонах, - врезал трехметровому эсис прямо в зубы, ломая драгоценным прикладом обе
челюсти. Тут же - ана-
лизировать было некогда! - уперев приклад в грунт, развернулся вокруг его оси и
свалил обеими ногами вто-
рого. Срез двух вертикальных стволов "Боргварда" был заточен под острие:
излучатель за цевье, укол, тесак в
левой руке - ах, мать твою, жаль, нет наградного меча! - удар по предплечью,
какие ж вы, гады, высоченные!
- укол стволами в живот - пас, на тебе защита, кувырок, отход... что это?
Свистящий рев: джунгли не позволяли использовать привычные
антигравитационные "столбы", поэтому
десантники валились с неба на тонких, как струны, тросах.
Эсис были живы - все, включая "ведуна", лежавшего на носилках. Ланкастер
содрал с головы шлем,
молча хлопнул по наплечнику Ариеля Барталана и повернулся - Рауф вел пятерых
женщин в рваной одежде.
Выглядели они страшновато даже для подготовленного человека: руки и ноги
изодраны в кровь, но - лица!
Эти лица были красны, как сырое мясо, глаза едва не вылезали из орбит, тела
трясло мелкой дрожью, головы то
запрокидывались к небу, то резко, толчком, падали на грудь. Сбившиеся колтуном
волосы метались вверх-
вниз...
Стремительно разворачиваясь, Ланкастер шагнул к больному "ведуну" и с
размаху ударил его носком
ботфорта в затылок.
- Командир... - Голос был непривычно слабым, и Виктор тотчас обернулся,
ожидая увидеть раненого,