– Да, – ответил Эван. – А сейчас такое впечатление, что он специально их оставил. Либо это ловушка, либо на сей раз этот тип слишком уверен в успехе. А может быть, безумие настолько овладело им, что он вообще перестал соображать. – Эван покачал головой и взъерошил рукой волосы. – Трудно сказать, какие мысли бродят в голове сумасшедшего.
Сэр Фингел почесал подбородок.
– Этот человек хочет получить твою жену. Он почти два года выслеживал ее, нанес ей шрамы. Совершенно ясно, что он сумасшедший. Однако вполне вероятно, что он настолько горд тем, что сумел отыскать Фиону и схватить ее, что у него закружилась голова от счастья. Может быть, он так спешил увезти поскорее свою добычу, что даже не убил Мэб.
– Вполне возможно. А ты уверен, что он собирался ее убить?
– Да. Но он спешил и резанул по горлу, не взглянув на рану, которую нанес. Он был настолько уверен, что перерезал ей горло, что даже не посмотрел, убил ее или нет. Мэб спасло то, что у нее фонтаном брызнула кровь. Мензис нанес ей рану, увидел, что хлынула кровь, и отшвырнул Мэб в сторону. – Сэр Фингел взглянул на следы, по которым им предстояло ехать. – Зачем человеку заметать следы, если он уверен, что ему никто не угрожает?
«А ведь отец прав, – решил Эван, пытаясь скрыть свое удивление. – Пускай он стар, от него много беспокойства, он не способен решить ни одну проблему, постоянно ищет приключения и находит их, бегаег за женщинами, по он далеко не дурак. Кроме того, он всегда был отличным воином и великолепным стратегом», Эван понимал, что должен прислушаться к словам отца. В этот момент он заметил, что к ним скачет Грегор, и застыл на месте.
– Они вон за теми деревьями, – сказал Грегор, подъезжая к Эвану и останавливаясь. – Там небольшая поляна, на ней они разбили лагерь. У Мензиса всего шесть человек, не больше, и сейчас вес они находятся в лагере.
– А Фиона?
Грегор ответил не сразу, сначала взялся за поводья его лошади, и Эван похолодел.
– Она жива, – вымолвил он наконец, пристально глядя на брата и не выпуская из рук поводьев. Он опасался, что Эван сорвется с места и помчится ее спасать. – На ней ничего нет, кроме рубашки, за связанные запястья ее привязали к ветке дерева.
– Она говорила, что Мензис любит подвешивать ее к дереву, словно только что пойманную добычу, – прошептал Эван.
– Значит, нужно поскорее подкрасться и освободить ее, – заметил сэр Фингел. – Мы же собирались лишь совершить набег, а не сражаться с ними.
Эван кивнул, подавляя кровожадное желание. Если они открыто нападут на Мензиса и его людей, Фиона окажется в опасности, особенно если учесть, в каком беспомощном состоянии она находится. Нужно действовать хитро, как они обычно поступают, когда крадут у кого-то скот или лошадей. Однако, как только Фионе перестанет грозить опасность, Эван намеревался вступить с Мензисом в открытый бой и убить его.
Эван оглянулся на Саймона и порадовался тому, что разрешил юноше их сопровождать, несмотря на его неопытность. Саймон обязан Фионе жизнью, и ему ужасно хотелось хоть как-то отплатить ей за это. И теперь у него появится такая возможность, поскольку у парня есть явный талант: он умеет ходить по лесу так тихо и осторожно, что под ногами не треснет ни единая веточка. А еще он умеет молниеносно взбираться на дерево, что не удается ни одному человеку из их клана. Пристально оглядев юношу, Эван решил, что он достаточно силен, чтобы выполнить его замысел, и рассказал, что он должен сделать.
Еще несколько минут потребовалось на то, чтобы выработать план действия, после чего отряд поскакал к деревьям. Эван предложил отвлечь противника, но Грегор заверил его, что в этом нет никакой необходимости, поскольку они и так ничего не видят и не замечают вокруг. Эван не стал спрашивать, что настолько завладело их вниманием, он и так это знал. Любой нормальный мужчина не в силах устоять перед таким восхитительным зрелищем, как Фиона, одетая лишь в тоненькую нижнюю рубашку.
На краю леса они спешились. Эван дал Саймону несколько минут на то, чтобы он занял нужное положение, после чего подал знак остальным двигаться вперед и, согнувшись в три погибели, начал подбираться к лагерю Мензиса вместе с отцом, который находился с ним рядом и не отставал ни на шаг.
Стоило Эвану взглянуть на подвешенную к дереву Фиону, на шпагу, которой тыкал в нее Мензис, и он почувствовал, что готов задушить этого мерзавца голыми руками.
– Твоя женушка умеет напугать до полусмерти, – прошептал сэр Фингел, услышав, как Фиона рассказывает Мензнсу о том, что с ним сделает ее брат.
Эван испытал легкую обиду оттого, что она пригрозила ему братом, а не им самим, но он тотчас же приказал себе не глупить. Фиона все делает правильно. У нее хватило ума понять, что одного намека на то, что она уже не невинная девушка, достаточно, чтобы вызвать у Мензиса безумную ярость. Кроме того, Мензис уже знал, что ее брат охотится за ним, и упоминание о брате было вполне уместным.
