— Милла Йовович и Наталья Водянова согласились дать интервью нашему агентству — относительно своей модельной карьеры, благотворительности и планов на будущее. О личном тоже можно, но без напора. Вам двоим надо определиться, кто из вас возьмет одну, а кто — другую. Интервью назначено на четырнадцать ноль ноль.
Я смотрю на нее ошалело, зато Артем неожиданно быстро приходит в себя:
— Я возьму Миллу.
— Посовещайтесь, общее решение я жду через пятнадцать минут.
Когда Котик выходит, я просто прикладываю ладонь ко лбу, пытаясь немного остудить голову, но для таких целей мне нужен кусок льда, не меньше.
— Офигеть просто. У меня нет опыта интервьюирования таких громких персон, — выдавливаю я со стоном.
— У меня тоже, и что теперь? — Артем пожимает плечами, и меня аж передергивает от такого небрежного жеста и равнодушного отношения к делу. — Отнесись к этому, как к игре. Выбора-то все равно нет. Я давно люблю Миллу, все фильмы по «Обители зла» видел, даже на последнюю часть в кино ходил… А ты что знаешь о Водяновой?
— Она многодетная мать и роскошная женщина, — говорю я неуверенно. — И тоже играла в кино, кстати, с Джонатаном Риз-Майерсом.
— Вот и все. К тому же, нам наверняка дадут вопросы для интервью.
Я вздыхаю, чувствуя, как начинают подрагивать кончики пальцев на руках. Если я переживу этот день — можно будет ставить себе памятник.
Артем оказывается прав: нам действительно выдают вопросы для интервью — но всего за полчаса до самой встречи с Миллой и Натальей. Перед этим приходится потратить кучу времени на приведение себя в «божеский вид»: так выражается Софья Кирилловна Котик, отправляя меня и мужчину к стилистам, визажистам и парикмахерам. Ну что же, божеский вид, значит божеский вид. И это она еще нас пару часов назад не видела, сразу после лифта. То еще было зрелище. От этой мысли мне почему-то становится смешно, и это немного сбивает общий градус напряжения.
Неожиданно выясняется, что образ, специально созданный вчера для приема, не подходит, он должен появиться только вечером, в свете направленных на меня софитов, а значит, срочно нужны другой вариант прически, новый макияж и еще одно платье. Благо, в агентстве большая костюмерная, так что наряд мне находят быстро. Потом я провожу мучительные полтора часа, пока колдуют над моими волосами и лицом. Где в это время Артем, я не знаю, но подозреваю, что у него примерно та же ситуация, и стилисты терроризируют его терпение, выбирая между двумя совершенно одинаковыми галстуками, а парикмахер не может определиться, зачесать ему волосы направо или налево. Вездесущие детали — такие важные, но такие раздражающие, когда голова занята совсем другим.
— Анна Алексеевна, вы готовы к встрече? — отрывает меня от мыслей Софья Кирилловна, и я поднимаю на нее глаза. Визажист и парикмахер почтительно отходят в сторону, а я улыбаюсь, чувствуя, что губы немного подрагивают:
— Конечно, Софья Кирилловна, — как будто у меня есть выбор, и я могу сказать «нет, не готова»!
— Отлично. Помните, — начинает она, а я договариваю мысленно: «налажает один — вылетите оба». Но женщина неожиданно говорит совершенно другое: — Мы гордимся вами и держим за вас кулаки. Ни пуха ни пера.
— К черту! — я киваю, явно приободренная ее словами, и поднимаюсь с места, сжимая крепко список вопросов. Я успела по нему пробежаться, там нет ничего необычного, так что главная моя задача — это хорошо выглядеть, широко улыбаться и быть милой. В принципе, ничего сверхъестественного, особенно если рядом не будет придурка. Рядом с ним быть милой невозможно. А в остальном… Если я не упаду в обморок от волнения — все пройдет нормально.
По пути к студии на меня надевают петличку, закрепляя устройство за спиной на поясе платья. Его вес почему-то придает уверенности, а вот софиты и видеокамеры — нет. Но я все равно послушно усаживаюсь в кресло, сразу чувствуя на лице непривычный жар осветительных приборов. Кожи касается кисточка с пудрой, я прикрываю глаза, а когда открываю их, в студию уже входит Наталья. Красивая и эффектная, в брючном костюме и на высоченных шпильках, она как будто только сошла с обложки модного журнала. Ну да, она же супермодель! Одергивая себя, я тут же поднимаюсь с места, чтобы протянуть девушке руку и поздороваться с ней:
— Здравствуйте, Наталья, как я рада вас видеть!
— Здравствуйте, — гостья широко улыбается, и я сразу немного успокаиваюсь, пожимая теплую ладонь и улыбаясь в ответ. В конце концов, Наталья такой же человек. Кроме того, она в совершенстве владеет русским языком, в отличии от Миллы, которая хоть и болтает на нем с удовольствием, но периодически путается или переходит на английский, так что мне повезло. Мы садимся друг напротив друга, операторы дают знак включить камеры, и интервью начинается.
